— Если на ночь, то сотня. — Он скептически скосил глаза:
— Вообще-то ты стоишь не больше пятидесяти, но я согласен.
Она надула губы и отвернулась к окну. Прошло минуть пять.
— Куда мы едем? — спросила женщина, внезапно занервничав.
— Куда угодно. Туда, где тихо и нет копов. — Проститутка облегченно улыбнулась:
— Сначала давай деньги, потом покажу тебе одно укромное местечко.
Он молча протянул ей купюру. Она спрятала деньги в кожаный ботинок.
— Чего такой хмурый, мистер? Давай поворачивай в тот переулок. Там совсем тихо.
Бак поставил машину в дальнем конце переулка, рядом с мусорными баками, и откинулся на спинку сиденья. Это была профессионалка, и дело свое знала.
Потом он схватил ее пальцами за шею.
Она дернулась назад, вскрикнула: «Что ты дела?..» — и в панике рванулась к дверце. Бак крепче сдавил горло. Теперь его руки не смогла бы разжать никакая сила в мире.
Проститутка задыхалась, билась в конвульсиях. Наконец обмякла. Язык, так прекрасно работавший всего несколько минут назад, теперь вывалился из вялого рта, распухший, похожий на баклажан, а налитые кровью, выпученные глаза в ужасе смотрели на убийцу.
Бак выволок тело из машины и уронил. С головы несчастной жертвы сполз парик, обнажив спутанные черные волосы.
— Ах, сука! Ты даже не рыжая, — пробормотал он и злобно пнул безжизненное тело. Затем вытащил из ее ботинка сотенную, аккуратно сложил и сунул себе в карман.
В переулке было тихо, только в самом конце тускло светила лампочка. Он достал нож, выпустил лезвие и встал на колени. На лбу жертвы образовался глубокий крест, от виска до виска, от темени до переносицы. Крови было совсем немного, сердце больше не гнало ее по жилам. Бак тщательно вытер нож о короткую юбку, положил в карман рядом с сотенной, залез в машину и отбыл.
Подъехав к перекрестку, Бак включил в кабине свет и посмотрел в зеркало. Пригладил волосы, выключил свет и, весело насвистывая «Дикси», направился в Монтесито.
Бар был переполнен. Он нашел место у стойки и поймал взгляд бармена.
— Вам двойной «Джим Бим», мистер Йенсен? — спросил бармен.
— Угадали, Эл. И нет ли у вас, случайно, сухих соленых крендельков?
— Конечно, есть, сэр. Вам удалось посмотреть сегодняшний матч «Лейкерс»?
— Ясное дело. — Бак специально включил в машине радио и успел застать конец репортажа. Одним из его неписаных правил было: всегда заручайся алиби. — Да, в этот раз они играли просто здорово.
О женщине, которую он только что убил, Бак забыл напрочь. Потягивал хорошую выпивку и вспоминал свои мечты в санатории «Гудзон». Теперь они начали сбываться. И сбудутся. Все до единой. Рано или поздно.