— Слушай, не нагнетай! — притормозила я вошедшую в медицинский раж девицу, — У меня к тебе по работе вопросы накопились. Ты готова, или сперва кофейку попьем?
— Ну… давай кофейку! — как-то не то разочарованно, не то неуверенно протянула Вера, с опаской покосилась на банку, вынутую из тумбочки, и вдруг сорвалась с места, — Лучше я за "Мокконой" схожу, а заодно сливки прихвачу, — и удалилась к своим перегретым факсам-пентиумам бодрой походкой.
Хм! Сбежала. Испугалась чего-то. Если не вернется через четверть часа, считай, первый допрос я провалила. Отсутствие результата тоже есть результат. Остается сообразить — какой. В эту неутешительную минуту в дверь постучали, вернее, поскреблись, совсем как мой Прудон, нашкодивши:
— Сонечка, к вам можно?
Эму! "Заговори о дьяволе — появятся рога!" Ей-то чего от меня потребовалось с утра пораньше? Хотя какое сейчас утро…
— Конечно, Эмма Ноевна, заходите-заходите, — сладость пополам с ядом.
— Ой! Тут без вас все время проблемы, проблемы! — заквохтала Жрушко, устраиваясь в креслице, — Вы себя нормально чувствуете?
Что-то она подозрительно заботлива. Не иначе, владельцы галереи директорское место другому прочат, вот Ноевна и подлизывается — а вдруг пригодится?
— Нормально… почти.
— Мы когда узнали, что вы первая нашли… ну, тело, — при мысли о безжизненной тушке любимого директора страусиха аж прослезилась, достала застиранный кружевной платочек, горестно отерла заплывшие глазки и трубно высморкалась, — Мы понимаем — тако-ое потрясение! Шок! Обморок! Ударились головой! Надо бы вам врачу показаться!
— Да не обморок, а… — на середине фразы слова застряли у меня в горле.
Ну-ка, ну-ка, вот этот момент поподробнее:
— Упала я, действительно, неудачно, — проницательный взгляд в сторону Жрушко — давай, мол, поддержи инициативу!
— Да, да, да, — закивала Эмма с таким пылом — вот-вот голова оторвется, — Углы у столика такие острые, и ножки с загогулинами — как вы насмерть не убились?
Не дождетесь! Но мысль о столике — интересная. Разовьем-ка ее чуть-чуть:
— Здесь мне, конечно, повезло! Хорошо хоть столешницу не разбила. Эти стеклянные детали такие опасные!
— Я и говорю, — взахлеб подхватила Жрушко, — не стоит подобную мебель вообще покупать! Она только на вид хороша. И столько стоит! В кабинете и места для нее нет — кто ни пройдет, обязательно стукнется. А тетя Катя прямо вся в синяках ходила из-за этого столика! И когда на следующий день его отмывала, говорила: пятна крови везде — и на ножках, и на полу!
— А милиция еще приходила? — с невинным видом поинтересовалась я.