Она снова вытерла красные глаза.
– Как она богу душу отдала, возле нее сразу какие-то аферисты крутиться стали, все про вашу квартиру вынюхивали. Так что я сразу всех разогнала. Все документы я тебе сейчас отдам. Равно как и драгоценности. Мне чужого не надо. Там еще деньги есть – добрые люди просили передать. Так что бери и не отказывайся.
– Благодарю, – отрешенно сказал Сергей.
– Только я не все нашла. Куда-то подевалось кольцо с изумрудом и сережки золотые в виде сердечек…
– Она их продала. Давно уже, – промолвил Сергей, думая о том, что мать зря это сделала, пытаясь ублажить начальство зоны – и так все вскрылось. – Душно что-то. Я на улицу выйду.
Захватив с собой бутылку, Сергей вышел из квартиры.
Он сидел на лавочке и, вдыхая свежий морозный воздух, плакал. Глотал водку прямо из ледяного горлышка и плакал, как мальчишка, ловя языком катящиеся по щекам соленые струйки.
– Это хто ж такой тут сопли развозит? – раздался над ухом хриплый голос. Сергей поднял голову. Рядом с ним стоял неопрятно одетый мужик лет пятидесяти пяти.
– Дядя Боря?
– Он самый. А я сразу понял, что это ты, Серый, – самодовольно сказал Борис. – Помню тебя в детстве, когда ты беспорочным пацаном мяч гонял.
– Присаживайся, – сказал Сергей.
Он вдруг вспомнил, что в свое время этот дряхлый на вид мужичок отсидел семь лет за разбой, после чего у него было еще две ходки за кражи. Но во дворе дядю Борю знали, и никто его не боялся, «своих» он не трогал и вел образ жизни тихого алкоголика, при этом считая себя «правильным вором». Семьи у него не было, и он неуклонно спивался, изредка сдавая одну из своих комнат внаем гастарбайтерам, хотя в последнее время из-за беспробудных пьянок и захламленного состояния жилья найти клиентов становилось все сложнее.
– Нальешь, Серый?
– Нет проблем, дядя Боря. Вот только закуски нет.
– А мы снежком, – захихикал бывший зэк.
Выпив, он вдруг сказал:
– Не поверишь, Серый, но я все знаю.
– Что? – насторожился Сергей.
– Мне матушка твоя сказала. Мол, сучка тебя одна подставила, за что тебя под плохую статью подвели. И что мусорам с «активом»[26] она деньжищ забашляла, чтобы на киче никто об этом не вынюхал.
Сергей мгновенно вспотел. Ну, мамуля, спасибо тебе. Что еще ты наплела этому спившемуся зэку?!
Между тем Борис наклонился ближе, и Сергей ощутил исходивший от него перегар:
– Я не верил, что ты оттуда вернешься. Разве что ногами вперед. За «лохматый сейф» от хозяина живым не возвращаются. – Его глаза вдруг сузились. – Никто ведь не узнал?
Сергей молча покачал головой, снова приложившись к бутылке. Рука его чуть дрогнула.