Я ответил. Это оказалась мисс Доршильд.
— Я ни от чего важного не оторвала вас, князь? — спросила она довольно официально.
— Чего тебе нужно? — спросил я несколько грубо, игнорируя её вопрос.
— У меня к вам чисто деловое предложение, — ответила она тем же тоном. — Вы можете меня впустить? Я сейчас у вас на балконе.
— Если только ты дашь слово, что не будешь ко мне приставать! — ответил я.
— Клянусь! — сказала Лайза практически сразу.
Я покачал головой, встал и пошёл открывать дверь.
На этот раз Лайза оделась довольно строго. На ней был брючный костюм, а в левой руке она держала папку для бумаг. Выглядела она как преуспевающая менеджер высшего звена.
Мисс Доршильд молча прошла в гостиную, и спросила:
— Где мы можем поговорить, чтобы нам никто не помешал?
Я кивнул на дверь кабинета, сказал мысленно Саше, чтобы она не заходила, и прошёл следом. Там я сел в кресло, и ожидающе на неё посмотрел.
Мисс Доршильд не заставила меня долго ждать, она протянула мне папку и сказала:
— Вот, прочти.
Я взял папку в руки, открыл и погрузился в изучение содержимого.
По мере того, как я вчитывался в оказавшиеся там документы, глаза у меня потихоньку полезли на лоб. Это оказался договор, суть которого в двух словах была такой: Я делаю Лайзе ребёнка, а она мне за это выплачивает вознаграждение. Сумма вознаграждения повергла меня в полный шок. Там значилось число 50 миллионов долларов. Это было около 30 миллионов рублей! Я поверить не мог во что-то подобное, так что перечитал это место ещё раз. Потом я поднял на мисс Доршильд глаза и спросил:
— Ты серьёзно?
— Да, — ответила она тоном не допускающем никаких сомнений. — И если ты не хочешь со мной спать, то я согласна и на искусственное оплодотворение, — добавила она спокойно, как будто мы обсуждали сделку по продаже недвижимости.
Я смотрел на неё, и в голове моей стало как-то пусто. Абсурдность ситуации вставала передо мной в полный рост. Но было также ясно, что Лайза не шутит. Договор был составлен по всей форме и требовал только подписи.
Я посидел, подумал немного, а потом закрыл папку и, протянув её мисс Доршильд, сказал:
— Нет. Извини.
— Почему? — удивлённо спросила она. — Тебя не устраивает сумма? Если хочешь, я могу её удвоить! Или даже утроить!
Я понял, что она не отвяжется, пока я ей не объясню причины отказа. Вот только как мне объяснить, чтобы она поняла это своими насквозь американскими деловыми мозгами? Это была проблема.
Я вздохнул и начал говорить первое, что пришло в голову:
— Понимаешь, Лайза, тут такое дело. Я понимаю, что предложение очень выгодное, но дело не в сумме. Дело в том, что я вообще не хочу чтобы мой ребёнок рождался так. Это неправильно! Ребёнок должен быть плодом любви мужчины и женщины. Он не должен быть предметом договора!