Мы столкнулись, когда я был на полпути на чердак, и она явно намеревалась не сходить с места, пока я не отправлюсь в комнаты рабов, где мне и положено находиться.
С теплой улыбкой, не возымевшей на нее никакого действия, я спустился по ступеням и спрятался за пальмой в большом горшке. У основания лестницы я заметил тележку горничной. И не поверил своим глазам, когда разглядел на ней связку ключей. Женщина стояла в гостевой комнате спиной ко мне, так что я тишком взял связку и осмотрел. Большое кольцо с продетыми в него пятью маленькими, на одном из которых подвешена бирка «чердак». Пригнувшись, чтобы домоправительница меня не заметила, я снял этот ключ со связки и взбежал вверх по лестнице.
«Это меня Дарси спровоцировала, – подумал я. – Вот вернется оттуда, где шлялась полдня, а не у нее одной будут новости».
Почти беззвучно я одну за другой открыл пять дверей на чердачном этаже. По большей части комнаты пустовали. В одной хранились полотенца, простыни и бруски мыла. К счастью, меня больше не привлекали саше с лавандой.
В последнюю очередь я вошел в комнату Ингрид. Не знаю, на что я надеялся. Может, что ее стройное тело будет ждать меня в постели? Я медленно открыл дверь, но кровать была застелена, а все следы жилички исчезли.
Оставалось уйти, принять душ и приготовиться к очередному скучному ужину. Но вместо этого, я подошел к окну и выглянул наружу. По правде говоря, я созрел, чтобы завязать с этим делом. Мы с Дарси ни на шаг не продвинулись в поисках моего сына, и как бы ни было интересно общаться с полчищами духов, ребенок оставался для меня главной и единственной целью. «Может, стоило нанять частного сыщика», – прикинул я.
В общем, я разочаровался и не видел смысла продолжать. Осталось придумать, что сказать вечером Дарси. Было здорово работать вместе, и она даже понравилась мне, особенно после того, как помогла найти деда, но мне давно пора вернуться в Лос-Анджелес и начать подыскивать работу. Может, подвернется парочка эпизодических ролей или…
Поток мыслей оборвался, когда я обратил внимание на отражение в стекле. Что-то блестящее посверкивало в угасающем солнечном свете. Но обернувшись к кровати, я ничего такого не заметил. Снова посмотрев в окно, я вновь увидел эту штуку и сориентировался, посчитав полоски на покрывале, а затем подошел к постели.
Видеть таинственный предмет в отражении, но не наблюдать в действительности, показалось мне странным. Но в последние дни границы странного, сверхъестественного или пугающего для сильно меня сдвинулись. На самом деле, я совсем не рвался выяснять, как такое возможно, потому что опасался узнать ответ.