По тем временам ситуация виделась совсем в другом свете.
Он как сейчас помнил их с Лео разговоры, ведь прежде чем подкатить с «пикантным» предложением к Мурашову, Иван обсуждал это с ней, и не раз. В принципе, хотел, чтобы отсоветовала. Но Лео, наоборот, убеждала: никакое тут не преступление, не воровство.
— Ваш Главный на вас давно миллиардером стал, причем не рублевым, — возмущалась. — Собственную старость обеспечить не забыл. А у тебя, случись чего, подкожных запасов ноль. Ты, между прочим, сидишь на его должности и задницу его от государства прикрываешь, работаешь за него — он, блин, небось, и не помнит, как это делается, знай себе купоны стрижет! Но тебе проценты почему-то выдаются как большой подарок. От щедрот.
— Ну, монастырь-то его, — примирительно улыбался Иван. — Соответственно и устав тоже.
— Пусть засунет свой устав в одно место, — отмахивалась Лео. — Я тебя не прошу общие порядки менять. Ты о себе позаботься, и хватит. И уж обо мне, кстати. А то на что кушать будем? Ты ж свою тунеядку по гроб жизни содержать вознамерился!
— Она моя жена, мать моего ребенка. — Здесь Иван был неколебим, и это до чертиков бесило Лео. Про «мать» она слышать спокойно не могла; обязательно передразнивала противным голосом: «Перемать переребенка».
— И вообще: жена! Бывшая, не забыл? Вы разошлись! И про ребенка молчи: не ребенок, а лоб здоровущий, самому сто лет работать пора!
— Закончит институт и будет работать, — в сотый раз отвечал Иван, втайне изумляясь: откуда у него эти мерзкие, долдонистые интонации? — Но учти, помогать им я буду всегда. Предупреждаю заранее.
— Даже если они сами зарабатывать начнут? Даже если Тата снова замуж выйдет? — вопила Лео.
— Что это меняет? — холодно вопрошал Иван. Он тщательно скрывал, что мысль о новом Татином замужестве для него точно нож вострый: как это, его семья, и вдруг перестанет в нем нуждаться? Считать семьей Лео он так и не научился. — В жизни всегда много проблем. В любом случае можно дарить подарки. Что я, не имею права? Хотя бы сыну.
— Повезло лоботрясу, — ворчала Лео, но и это использовала как аргумент: — Но тогда по-любому нужен дополнительный доход. Чтобы и нам с тобой при всех делах с голоду не подохнуть.
Иван неохотно кивал, чесал в затылке. А потом решился — была не была! — и поговорил с Мурашовым, благо, знали они друг друга давно и тесно сработались с тех пор как Иван директорствовал.
После разговора он вздохнул с облегчением: зря боялся. Мурашов не только не осудил его, но признался, что сам уже некоторое время подумывает о чем-то подобном. Дело к пенсии, накоплений шиш, а начальство давно при виллах в Италии.