— Ты очень торопишься, великий заморский жрец! Ночь еще только началась!
Только тут Данрейвена осенило. Как он мог забыть, что его Лили — дочь вождя. Что она — девственница, несомненно, не чуждая условностей, помноженных на незыблемые туземные традиции. И для нее не так легко преступить их.
Адам сразу пришел в себя. Нет, он не совершит насилия! Это было бы кощунством! Она должна все решить сама. Но все же… Все же он сейчас подплывет к ней.
И снова он рядом. И вновь чувствует, как она близко. Обнаженная, сгорающая от желания…
Громко рассмеялась Лилит.
— В этой заводи много рыбы. Всякой. Почему ты упорно гоняешься за одной?
Он сжал ее в объятиях. На этот раз Лилит не старалась освободиться. Ее рука поползла по его телу вниз, к бедрам, еще ниже. И коснулась мужской затвердевшей плоти.
— Наши самые опытные воины охотятся на большую рыбу с гарпуном, — зашептала она. — Ты как будто тоже из их числа?
Тут Адам потерял равновесие и ушел с головой в воду. Отдышавшись, заключил голову Лилит между ладонями, притянул к себе и крепко поцеловал в губы.
— Знаешь, Лили, я ведь ревновал тебя к Рангахуа!
— Даже так? Ну ничего. Сейчас, думаю, Рангахуа имеет все основания ревновать меня к тебе.
— Черт побери, Лили! Как все-таки отменно ты говоришь по-английски! Уж не жила ли ты в Англии, несравненная Атуа Тамахине, дочь великого вождя Танджия?! Может быть, и впрямь, тебя когда-то похитил англичанин?
Она медлила с ответом. Но тут из леса донесся какой-то шорох, потом треск сучьев.
— Прячемся, — шепнул Данрейвен. — Скорей!
Сонный океан лениво плескался у берега. При свете луны вдали отчетливо вырисовывались очертания Тайаретапу.
Адам и Лилит окунулись в прохладную воду океана. Когда же вынырнули, то положили руки друг другу на плечи и долго смотрели в глаза. Потом был поцелуй. Долгий, страстный… Отдышавшись, Лилит легла на спину и, слегка покачиваясь на волнах, принялась рассматривать звезды. Она была счастлива. Ведь рядом был он. Одна его рука осторожно удерживала ее на поверхности. А другая робко ласкала…
— Ты морская богиня! — тихо сказал он, заглядывая ей в глаза.
— Пусть так. Что из этого следует?
— То, что морская богиня предается любви в воде.
— А известно ли тебе, змей-искуситель, что любовь требует немало времени? Ты не боишься задохнуться?
Адам наклонился над Лилит и поцеловал в губы. Его язык скользнул ей в рот, коснулся кончика ее языка. У Лилит закружилась голова. Она обхватила руками шею Адама и прижалась к нему всем телом. Его ладонь скользнула по ее груди. Потом крепко сжала. Лилит застонала. А он продолжал ласкать ее тело. И уже не только грудь, но живот, бедра…