Настраивая единое психическое поле с противником, Дмитрий чувствовал, что враг ощущает себя стальным мечом, рубящим дрова, которые рассыпаются на поленья. Но меч может обломиться, наткнувшись на хороший щит или ответное лезвие меча. Стягивая свое энергетическое поле, чтобы создать эти «щит» и «меч», Дмитрий одновременно «ломал ваньку» — крутил и качал тело в боевом «маятнике».
Получались немыслимые амплитуды, в которых тело, казалось, должно было потерять равновесие, и как следствие, пропускать один удар за другим. Но как раз- таки этого и не случалось! Дмитрий искусно увиливал от кулаков и подошв врага. И при этом сам нападал!
«Маятник» тем и хорош, что позволяет резко уходить от ударов любой школы и трансформировать уклоняющиеся движения в мгновенную атаку. Ведь в любом бою главное — не уходить в пассивную, глухую защиту. Надо наступать, наступать и наступать.
Неожиданно брызнули солнечные лучи, пробившись сквозь завесу из листьев и стволов деревьев. Яркие и горячие, они шли почти параллельно земле. Теперь Дмитрий старался встать так, чтобы при его отклонениях Солнце ослепляло противника. Едва заметное движение врага к согнувшейся ноге не ускользнуло от его внимания: так достают нож. И он не ошибся, использовав этот крохотный миг, чтобы выхватить из- за плеча спрятанную там нагайку. Вход в удар они совершили одновременно.
Нож должен был обрушиться сверху. Удерживая натянутый шлепок плети левой рукой, Дмитрий ударил концом рукояти, шалыгой, по вражескому предплечью. При этом основной удар пришелся натянутой плетью по запястью врага, вывернув его согнутую руку с ножом. Изгиб за плечо был настолько резок, что сверкающее лезвие вывалилось из вражеского кулака, хотя неприятель не подал и признака прочувствованной боли. Дмитрий еще в воздухе догнал нож плетью, отбросив его далеко в сторону.
— Достаточно, Одинов, — произнес «враг» уже обычным голосом, стягивая с лица маску. — Зачет я у вас приму, — Терентич улыбался. — Конечно, реальный бой так долго не ведут, ну, да вам это и самому известно. Здесь мы играем с курсантами, вырабатывая в них стойкость. А там дело решается максимум за минуту. Следующий этап — работа с несколькими нападающими. Готовы?
Дмитрий кивнул, уже успев перевести дух.
— Так. Пирогов, Милохин, Шаталов, Пряников! Ко мне!
Один за другим курсанты вырастали перед Дмитрием и разминались, потряхивая руками, поигрывая мускулами. Генка Милохин пританцовывал от нетерпения и работал кулаками в воздухе.
— Раз, два, три. Начали!
Дмитрий закружился на месте, совершая быстрые, очень четкие движения, и в считанные мгновения устроил свалку из тел, а сам, вывернувшись, откатился в сторону. Из «смотанного» им «клубка» стали вылезать сконфуженные парни.