Паша сгоряча открыл было рот.
Она погрозила ему кулаком и глянула свирепо.
Он растерянно закрыл рот.
Запирая свою дверь, она окинула взглядом коридор и две двери.
Коварная блондинья улыбка мелькнула в воздухе последний раз и растаяла в полутьме.
— Это ж межгород! Деньги идут! — пустился в обвинения Паша на своем пороге. — Зову, зову — никакой реакции!! Стучу, стучу…
— Ясно! — оборвала Вероника, пробегая мимо, к тумбочке с телефоном.
— Это я, — сказал в трубке голос Николая.
— Угу, — отозвалась она, все еще тяжело дыша.
Помолчали.
— Ты извини, что не предупредил. Не стал будить. Деньги дали — никто даже не ждал. Думал за пару дней управиться… Сердишься?
Она вздохнула. Дыхание понемногу выровнялось.
— Девять соток уже вскопал, — доложил он. — А сегодня дождь. Вот пришел на почту позвонить…
— А сколько осталось? — спросила она.
— Три… Как там наши?
— Нормально.
Помолчали еще.
— Туська на Новый год снежинкой будет, сказали готовить костюм, — сообщила Вероника.
— Ну купи ей! Продаются они?
— Не знаю, еще не смотрела.
— А Маришка кем?
— Не решили, какой танец будет танцевать.
— Ну, деньги бери, — велел он, — знаешь где.
— А как баба Лара? — вспомнила она.
— Да как всегда. Радикулит замучил. Платком замотанная ходит. С Христофоровной своей опять поругалась…
— Я б ей хоть крем «Софья» купила. Там же нет? И справочник по травам.
— Да ладно, не сообразил… Ну а ты как? Хоть соскучилась?
— Относительно, — подумав, неопределенно отозвалась она.
— Ясно… Пьеса твоя как?
— Отдала режиссеру. Меня на курсы послали, а он лекцию читал.
— Ну и молодец!.. А если что — не расстраивайся… Другого найдем. Прорвемся!
Вероника улыбнулась. Помолчали опять.
— Ладно, давай заканчивать уже. Рублей сто, наверно, набежало?
— Да нет еще… Ладно, к выходным, может, выберусь отсюда.
— Давай… А я борща сварю, — неожиданно для себя пообещала Вероника.
— Еще не хватало! — возмутился Николай. — Мы здесь только им и питаемся. Наелся на всю жизнь! Лучше макароны свари.
Вероника положила трубку осторожно, как будто боясь разбить.
Тотчас вышел из кухни Паша.
— И все? Поговорили уже? — фальшиво-любезным голосом осведомился он. По этому тону Вероника заключила, что разговор он подслушал дословно. И по-видимому, намерен сообщить ей что-то новенькое о супружеских отношениях.
— А как же! — отозвалась она поспешно. — Спасибо вам огромное за беспокойство. Извините, что заставила ждать… и нервничать… большое спасибо.
Последнее слово она произнесла уже за дверью. И через три шага была уже на своей территории.
Мирная сонная тишина царила в доме. Вероника огляделась вокруг. Привычные вещи прилегли вокруг, как послушные домашние животные. Она прошлась по комнате, поправила покрывало на кровати, переставила стаканчик с карандашами на столе.