— Я вижу, эта адская ночь все перевернула! Отец всегда говорил, чтобы я остерегался ночей, когда оба Близнеца в полной фазе!
Кейб заметил, что форма воина испачкана и намокла. Блейн поймал его взгляд:
— Я ходил на разведку к Серой Мгле. Я предпочитаю быть в курсе того, с чем нам предстоит иметь дело.
Это не опасно? Что будет, если тебя схватят или убьют?
Ха! Если меня возьмут в плен, я легко убью себя. Нас всех этому учат. Жрецы Шиззары. А если убьют — мои люди знают, кто займет мое место. На самом деле это смог бы почти любой, главное — чтобы они об этом не догадывались. У меня целая армия командиров!
— Что ты обнаружил? — Серая Мгла интересовала Гвен куда больше.
— Она расширяется. Они будут здесь с минуты на минуту, если захотят. Вы зомби видели? Нет? А я видел. Они, по-моему, вообще все не люди. Скелеты, обтянутые кожей, которые дерутся, даже если им отрубить и руки и ноги!
— К-как? — Кейба передернуло.
— Зубками, молодой человек, зубками. Они у них, между прочим, острые, как иголки. Например, они обожают прикидываться мертвыми, а потом впиваться честному солдату в щиколотку. Не знаю уж, заразные они там или ядовитые, но укушенные обычно скоро мрут. Каждый вояка, у которого есть в голове мозги, знает, что им лучше расшибать башки в кашу, если хочешь жить.
«И все это ползет на Пенаклес, — подумал Кейб тоскливо. — И все из-за меня. Людей всех убьют. Повеситься, что ли…»
— А ну-ка прекрати! — властно скомандовала Гвен, уставившись ему в глаза. — Я-то прекрасно знаю, о чем ты думаешь. Все это стряслось бы, даже не родись ты на свет. Черный Дракон всегда мечтал о том, чтобы захватить себе Город Знаний. Он только ждал удобного случая.
Логика и любовь — две несовместимые вещи. В тот момент Кейб поверил бы всему, что скажет Гвен. Он с величайшей радостью положил бы за нее жизнь, пусть только представится случай. Сердце и душу Кейба она уже давно отняла, даром что он это понял только сейчас, а она и до сих пор, может, не поняла. И не важно, что она когда-то любила его деда…
Колдунья не заметила этого взгляда — а вот Блейн заметил. Честный солдат сам оставил за собой немало разбитых сердец, и его бойцы не единожды страдали по оставленным где-то женщинам. Он решил тихо удалиться.
— Прошу прощения. Лорду Грифону стоит послушать обо всем, что я узнал. — И он зашагал прочь.
— Мы должны мыслить не так, — с горячностью продолжала Гвен. — Мы должны наносить удары сами! Ждать катастрофы — само по себе катастрофа!
— Как скажешь, — рассеянно отвечал Кейб. Она недоуменно моргнула:
— Наверное, мы оба устали. Давай-ка поспим. Здесь мы сейчас помочь ничем не можем. До утра?