Том решительно шагнул к ней.
— Нет, дорогая, ты ошибаешься, — медленно начал он. — Меня вывела из состояния равновесия отнюдь не вода, а пальцы, которые так нежно касались моей груди. Или ты предполагала, что я так и буду безропотно смотреть, как ты пытаешься возбудить меня, маленькая развратница?
— Неправда! — начала было оправдываться Кора.
— Неправда?! — перебил ее Том. — Тогда как можно назвать твое поведение? Ты провоцировала меня. И бесполезно отрицать очевидное! — Он притянул ее к себе. — Возможно, ты не отдавала себе отчета в происходящем, — уже мягче продолжил он. — Но когда перед женщиной стоит полуобнаженный мужчина, трудно удержаться от соблазна дотронуться до его эрогенных зон. Итак, только что ты пыталась соблазнить своего ненавистного соседа! — неожиданно рассмеялся ей в лицо Том.
— Неправда! — упрямо стояла на своем Кора. — Вы, мистер Самомнение, глубоко заблуждаетесь, считая, что любая женщина, хоть раз увидевшая вас в таком виде, забудет обо всем и задастся одной-единственной целью — затащить вас в постель. Не слишком ли высокая самооценка для обладателя таких чудесных плавок?
Вместо ответа он лишь прижал ее к своей горячей груди. Кора с трудом подавила желание ударить его по голым ступням. Но, скорее всего даже в ботинках она рискует сломать себе пальцы о его стальные мускулы. Оставив эту идею, девушка умоляюще взглянула ему в лицо.
— Прежде чем ты отпустишь меня, позволь заметить: все заявления о том, что я пыталась соблазнить тебя, — плод твоего больного воображения!
— Тогда потрудись объяснить, что же все-таки между нами произошло? И не вздумай свалить все на работу над портретом. Насколько я понимаю, ты прекрасно справилась бы и без натурщика. — Лицо его неожиданно стало серьезным. — А если ты действительно не хотела обольстить меня, то… Значит, ты преследовала какие-то другие цели? Какие, малышка?
Кора лихорадочно пыталась придумать достойный ответ.
— Только такой самовлюбленный упрямец, как ты, может вообразить, что его собираются обольстить! Я повторяю уже в сто первый раз: Том Берроуз, ты абсолютно не в моем вкусе.
— Возможно, ты и права, я действительно самовлюбленный упрямец, но одно я знаю точно: ты упорно отвергаешь мое объяснение, но никак не можешь предложить что-нибудь взамен.
— Но ты не желаешь верить, что все это мне нужно только для работы.
— Ты никогда не слышала о наказании за лжесвидетельство? Если ты еще не забыла, я адвокат, — холодно заметил он. — И если бы сейчас ты давала свидетельские показания, я посоветовал бы тебе…
— Но мы не в зале суда, а я не на допросе, — Она старалась смотреть прямо на кончик его носа. Во всяком случае, на носу Тома она не увидела бы то, что так отчетливо читалось в его темных глазах. — Я не нуждаюсь в советах. И не уверена, что в состоянии заплатить за ваши услуги, мистер адвокат.