Владелица магазина закончила обслуживать покупателя и скользнула по нему равнодушным взглядом.
— Ищете определенную карту? У нас огромный ассортимент.
Рэмси огляделся.
— И это здорово. Мне сегодня потребуется много помощи.
* * *
Вилкерсон догадался, что за ним следят. Мужчина и женщина притаились всего в ста футах позади него; скорее всего, они уже знали о его звонке в Берлин. И не сделали ни единого движения, чтобы приблизиться к нему. Из этого можно было сделать два вывода. Первый — им нужна Доротея и они надеются, что Вилкерсон покажет, где она. Второй, наиболее неприятный, — им нужен он. Правда, ни один из рассмотренных вариантов не мог удовлетворить капитана.
Вилкерсон начал прокладывать путь локтями сквозь толпу мюнхенских покупателей, пришедших на ярмарку в середине дня, не имея понятия, сколько еще преследователей поджидало его впереди. Представляет угрозу безопасности? Третий уровень? Это означало, что они имеют право применить силовые методы воздействия, вплоть до полного уничтожения. Хуже всего то, что у них было время на подготовку. И в этом виноват он. Вилкерсон знал, что операция Доротеи была важна только для ее семьи. У Рэмси мышление истинного вояки: если ему угрожают, он идет в контратаку. А в данный момент для него возникла реальная угроза.
Вилкерсон перешел на быстрый бег.
Ему надо позвонить Доротее и предупредить ее. Но он до сих пор не мог простить себе не только звонка адмиралу, но и то, что позволил Доротее говорить с ним. Это была его проблема, и он надеялся, что сможет с ней справиться. В конце концов, она не отругала его за то, что он ошибся в Рэмси. Вместо этого Доротея привезла его в роскошный отель в Мюнхене и доставила наслаждение. Если он позвонит сейчас, то, скорее всего, она потребует объяснения, как их обнаружили, а этого разговора Вилкерсон хотел бы избежать.
В пятидесяти ярдах впереди удушливая суматоха старого города, открытого только для пешеходов, заканчивалась оживленным бульваром с припаркованными автомобилями и выстроившимися в ряд домами с желтыми фронтонами. Все это было очень похоже на столь любимое им Средиземноморье.
Вилкерсон обернулся назад. Двое преследователей сократили разрыв.
Он глянул налево и направо — и внезапно обнаружил спасительную стоянку такси в конце бульвара. Водители вышли из машин в ожидании новых пассажиров. Между ними шесть полос хаоса, а шум улицы столь же силен, как и биение его собственного сердца. Машины принялись тормозить, как только слева от него загорелся зеленый сигнал светофора.
Справа по средней полосе подъезжал автобус. Рядом уже тормозили машины.