«Ухажер», собиравшийся сказать женщине что-то еще, услышав мужской голос, донесшийся с верхней полки напротив, язвительно скривился.
– Да пошел ты!.. – зло огрызнулся он. – Нашелся тут законник хренов!
– В общем, так... – Лавров приподнялся и в упор смотрел на поганца, возомнившего о себе невесть что заоблачное. – Тебе одна минута, чтобы извиниться перед женщиной и свалить отсюда, пока не стало плохо. Время пошло!
Тот, изобразив презрительную ухмылку, повел плечами и с блатными интонациями вальяжно произнес:
– Лежишь там – и лежи, пока цел. Понял? Я таких козлов делаю одной левой...
Одним движением, легко и пружинисто спрыгнув с полки на пол, Андрей без труда перехватил руку «ухажера», намеревавшегося сделать выпад, и своими крепкими, сильными пальцами неожиданно для всех схватил его за ухо. Вмиг растеряв всякий гонор и самоуверенность, тот взвизгнул от неожиданности и боли, выпучив глаза и перекосив лицо. Не говоря ни слова, Лавров вывел его в проход и дал хорошего пинка, отчего «ухажер», спотыкаясь, пробежал несколько метров и, лишь успев схватиться за боковую ручку одной из полок, не растянулся на полу.
Задыхаясь от унижения и злости, поганец оглянулся и, визгливо «пуская петуха», оскорбленно выпалил:
– Ну, фраер, ты за это получишь! Ты об этом прямо сейчас пожалеешь! – И, держась за красное, вздувшееся ухо, куда-то торопливо убежал.
– Зря вы, наверное, связались с этим негодяем, – сочувственно вздохнула дама. – Конечно, большое вам спасибо, что поставили этого хама на место. Но, мне кажется, он тут не один. Вот видите, девочки, что происходит, если знакомитесь в дороге неизвестно с кем, к тому же и чрезвычайно «озабоченным», – укоризненно добавила она, глядя на сникших девчонок.
Те, похоже, уже и сами поняли, что их недавний компаньон вовсе не из «принцев на белом коне», а скорее совсем наоборот. Улыбнувшись, Андрей пренебрежительно махнул рукой.
– Ну, если постоянно оглядываться на настроения подонков, тогда и на свете не жить. Придут разбираться – разберемся...
С невозмутимым видом он забрался на свою полку и снова, повернувшись к окну, ушел в свои мысли.
«Сколько ж всякой этой нечисти развелось в России! – размышлял он, глядя на пролетающие за окном опоры линий электропередач, уже осыпавшиеся лесополосы, на сизовато-серые ноябрьские тучи. – И наркоторговцы, и сектанты, и сутенеры... И все нацелены только на одно – поработить, ограбить, превратить человека в ничто...»
Он прекрасно понимал, что на самом деле было задумано «ухажером» в отношении этих двух дурочек. Если бы все пошло именно так, как тот и запланировал, через какое-то время «ваще клевый чувак» пригласил бы их к себе, в отдельное купе. Там, разумеется, он едет не один. Их там четверо. Глупех, пользуясь их недомыслием, уговорами или принудительно, накачали бы спиртным или наркотиками, после чего... Ну, там понятно, что было бы дальше. После этого в лучшем случае девчонки пришли бы в себя где-нибудь в тамбуре. В худшем – бесследно исчезли бы, чтобы очень скоро оказаться в каком-нибудь подпольном борделе.