ты мне сказала? Куда я могу идти и кем я был для тебя? Это же ты сказала, что я был всего лишь утешением и заменой — как его звали? — Леша, Витя, Саша?
Она с отвращением вырвалась:
— Да что ты? А ты помнишь, что ты говорил? И вообще — теперь не все равно ли, — внезапно успокоилась Ника. — Марк, что было — то было, пускай это и останется в прошлом. В конце концов, давай не будем все это заканчивать так … гадко. Ради того хорошего, что было… Если честно, ответь, почему сейчас? — целых шесть лет…
Марк достал из пачки сигарету и лихорадочно затянулся:
— Ты знаешь, я тебе поверил тогда… Временная замена основного игрока… А три недели назад встретил Юлю, а она сказала, что… И тогда я узнал про фирму… Я даже не знал, с чего начать…
Он бросил дымящуюся сигарету на землю и повернулся к девушке:
— Посмотри мне в глаза и попробуй соврать, что ты меня не любишь… Ну? Давай? — Марк сорвался на крик.
Ника бессильно опустила плечи:
— Я не скажу. Это неправда. — Прерывистые фразы давались ей с большим трудом. — Но прошлое вернуть нельзя. Марк, я пойду. — Вероника подняла голову, но ночное московское небо взирало на нее с ледяным безразличием. «Безоблачная погода — и звезд все равно не видно…», — подумала Ника.
Марк подошел к ней и сказал, подняв голову вверх:
— Помнишь?.. Ника, от себя не убежать. Это путь в никуда. Я каждую минуту помнил о тебе…
Он крепко прижал ее к себе, и она почувствовала, как страшно, сильно, просто до безумия соскучилась по его рукам и его объятиям. Марк приник своими губами к ее губам, и земля ушла из-под ног Ники. Его жадные губы и не думали быть нежными, горячий язык властно проник в рот, и тут вдруг на нее накатило какое-то непонятное омерзение:
— Нет! Слышишь — нет! Я не хочу больше тебя видеть… — Она развернулась и почти залетела в вестибюль. Сергей еле остановил плачущую девушку:
— Ника, он… Ты сама или?.. Мне подойти к нему?.. — Он видел, как Марк целовал Веронику, но не знал, как спросить ее — «Ника, ты сама хотела этого или нет?» звучало по-дурацки.
С улицы раздался визжащий звук сорвавшейся с места машины. Вероника уткнулась Сергею в плечо, сотрясаемая глухими рыданиями. Он обнял ее и прижал к себе, но не знал, что сказать и как утешить — он слышал добрую половину разговора… Он не знал даже того, как успокоить острую боль в собственной душе и разъедающее его чувство ревности…
02:35
Сергей сидел на кровати и слушал, как в ванной комнате журчит вода.
— Ника, все хорошо?..
— Да, я сейчас. — Ника посмотрела в зеркало и заметила появившиеся в углах усталых серо-зеленых глаз паутинки морщинок. — «Старуха 24 лет», — подумала она.