Гордон говорил мягким тоном, но железная логика его рассуждений сражала наповал. Она больше не могла бороться со здравым смыслом.
«Я думал о том, что вы мне рассказали.», — продолжил он. — «Одна деталь кажется непонятной, не вписывается в общую схему».
«Непонятной?»
«Видите ли, все его действия укладываются в единую цепочку, служат выполнению определенного замысла. Несмотря на то, что виновный считается психически неуравновешенным, мы ясно видим, что он обладает высокими интеллектуальными способностями. Это не обычные убийства, совершенные под влиянием страсти или эмоционального взрыва. Человек, который их совершает, поставил целью уничтожить всех, кто способен его опознать. Но при чем здесь вы?»
«Не понимаю».
«Если убийца — ваш муж, какую опасность для него вы можете представлять? Вы ведь уже заявили полиции, что он лечился у Грисвольда… Ваша смерть никак не изменит те показания».
Карен затаила дыхание. Возможно, еще не все потеряно, остается надежда на то, что ее Брюс ни в чем не замешан. «Я говорила им! И лейтенанту, и Дойлю, и другим вашим людям! У Брюса нет ни единой причины убивать меня». — Она чувствовала, что почти верит в то, что сейчас сказала. — «Да, вы правы. Действительно, непонятно».
«Но я сказал, что эта деталь только кажется непонятной». — он говорил ровным тихим голосом, но она отчетливо слышала кажое слово. — «Ясно, что имеется еще какая-то причина. Смерть не изменит ваши показания. Но она послужит гарантией, что вы их уже никогда не измените сами».
Он не отрываясь смотрел на нее, и его глаза не сулили никакой надежды. — «Миссис Раймонд, почему ваш супруг согласился стать пациентом Грисвольда?»
Надеяться не на что, отрицать бесполезно. Слишком много трупов. Их будет еще больше, если она не остановит его.
«Мы поссорились». — признание давалось легко, слова сами вырывались наружу, словно она извергала из себя что-то омерзительное. — «Я сказала, что после армии он изменился, сам на себя не похож, ведет себя странно, что ему надо как-то помочь. Сказала, что он должен пойти к доктору».
«А его реакция?»
«Он ответил, что подумает. А потом… успокоился. Предложил поехать за город. Так мы и сделали, и больше к этой теме не возвращались. Ссора будто вскрыла старый нарыв, вышло наружу то, что давно не давало покоя, и нам стало легче. Помню, я решила тогда, что делаю из мухи слона, Брюс просто упал духом и нервничает из-за того, что сидит без работы. Мы отправились на природу, посидели в ресторанчике, где обычно проводили время еще когда просто встречались, а когда вернулись, любили друг друга, словно в первый раз…»