— Ладно. Я скажу, что с тобой. Дарси, ты себя недооцениваешь, а потом злишься на тех, кто так же к тебе относится. Ты не уважаешь мужчин, которые падают к твоим ногам и обещают тебе весь мир на тарелочке. Ты всю жизнь себя обеспечиваешь и знаешь, что всегда сможешь со всем справиться сама.
— Я хочу большего! — пылко воскликнула Дарси, пытаясь сдержать подступившие слезы. — Что плохого в том, чтобы хотеть большего?
Шон накрыл ладонью ее руку.
— Ничего. Совсем ничего.
— Я хочу путешествовать, хочу многое увидеть. Я хочу иметь много. — Дарси оттолкнулась от стола, вскочила, заметалась по кухне, как зверек в клетке. — Хочу и ничего не могу с собой поделать. Господи, если бы я хоть чуточку в него влюбилась. Чуточки было бы довольно. Но я не влюблена и не могу уговорить себя влюбиться. Поэтому сегодня утром я проснулась с окончательным решением порвать с ним и отказаться от чудесного путешествия в Париж.
— Очень правильное решение.
— Я порву с ним не потому, что это правильно. — Дарси раздраженно взмахнула руками. — Я не желаю знакомиться с Парижем в компании мужчины, рядом с которым у меня челюсти сводит от скуки. — Дарси перегнулась через стол к брату. — Шон, я, наверное, не очень хороший человек.
Он взял ее за руку.
— Не знаю, но я все равно тебя люблю.
Его ответ удивил Дарси.
— Я должна была знать, что ты не станешь меня хвалить, но, в любом случае мне уже легче. — И поскольку ей и в самом деле стало легче, она снова макнула палец в миску. — Если бы я нашла кого-нибудь вроде тебя или Бренны, я бы повеселилась.
Шон вскочил и начал убирать со стола так быстро, что любой другой не заметил бы, как изменилось выражение его глаз. Любой другой, но не Дарси. Она понимала его, как себя, а иногда даже лучше, чем себя.
— Черт, черт, черт. Вот этого я и боялась. Ты влюбился в нее? И не вздумай отнекиваться.
— Тебе не о чем тревожиться.
— Еще как есть. Я же люблю вас обоих, болван. Неужели ты не мог просто повеселиться, как нормальный мужчина?
Шон вспомнил утро.
— Я и веселюсь.
— И сколько это будет продолжаться теперь, когда ты влюбился?
— Неужели веселье уходит, когда приходит любовь?
— Да, когда из всех дверей открыта только одна.
— Ты и впрямь не очень-то в меня веришь, если думаешь, что я не найду способ открыть закрытую дверь, если захочу.
— Шон, ни я, ни Бренна не хотим причинить тебе боль, но она прямо сказала мне, что хочет только переспать с тобой.
— Она и мне так сказала. — Шон улыбнулся. — А я хочу большего. Что плохого в том, чтобы хотеть большего?
— Не самое лучшее время бросать мне в лицо мои же слова. Я же волнуюсь за тебя.