— Секс — еще не вся жизнь, — ответила Корина с досадой, безуспешно борясь с молнией. Видя тщетность ее попыток, Орсо взял инициативу в свои руки. Как только его пальцы прикоснулись к шее, Корина почувствовала, как мгновенно в ней пробудилось желание.
— Мне казалось, для нас с тобой секс стал чем-то очень важным, — ласково проговорил Орсо, мягко касаясь ее плеч. — Эти последние дни показали, что…
— Уж не хочешь ли ты сказать, что я влюбилась в тебя? — деланно возмутилась Корина, вкладывая в свои слова столько эмоций, что, казалось, сама эта мысль была для нее кощунственной. Он не должен знать, чем стали для нее его ласки, какое невыносимое наслаждение они ей доставляют. Иначе она пропала.
— Хотелось бы все-таки думать, что между нами родилась если не любовь, то, по крайней мере, взаимопонимание, — дрогнувшим голосом произнес Орсо.
— Абсолютно верно. Полное взаимопонимание, которое бывает между коллегами по работе, — отрезала Корина. — Мои отношения с тобой — это моя работа. Признаюсь, она мне нравится, но именно потому, что это всего лишь работа, я могу в любой момент прекратить ее.
— Неужели ты покинешь меня? — укоризненно глядя на нее красивыми карими глазами, спросил Орсо.
— Да, если ты не вернешь мне свободу, — решительно вскинув голову, заявила Корина. — Я не стану вести затворнический образ жизни. Имею я право пойти в магазин или на прогулку? Кажется, я требую не слишком многого.
— Мне понятны твои чувства, Кора, — заверил ее Орсо. — Все дело в том, что ты не понимаешь, в какую семью вошла.
— Я никогда не стремилась к этому. Это было не мое решение, и я не должна подчиняться вашим правилам. Ты, конечно, можешь управлять своим поместьем точно так же, как это делает прабабушка. Но без меня.
— Я буду управлять им так, как считаю нужным, — твердо сказал Орсо. — И даже не подумаю просить Биснонну, чтобы она разрешила тебе отступить от принятых у нас законов.
— Но я выросла в совершенно другой среде, — энергично запротестовала Корина. — Ни она, ни ты не можете требовать от меня, чтобы я отказалась от личной свободы.
— Ты многого пока еще не понимаешь, — с каменным выражением лица повторил Орсо. — Новый член семьи никогда не должен просить для себя какого-то особого, исключительного положения.
— Я — не член вашей семьи, — твердо сказала Корина. — Во всяком случае, не в том смысле, который ты вкладываешь в это понятие.
— Но ведь никто этого не знает, не так ли? — недовольно ответил Орсо. — И потом, надеюсь, наши отношения изменятся. По-моему, ты ведешь себя неразумно.
— Неразумно? Ты, кажется, все еще не понимаешь, в каком я оказалась положении. Я привыкла быть независимой женщиной и не могу мириться с теми ограничениями, которые вы на меня наложили. Твоя дорогая Нанет смирилась бы с ними? Сомневаюсь.