Я облокотилась о парапет, глядела в сторону Франции и ждала.
— Ханна, мы с этой женщиной все обсудили и договорились. Больше я не буду с нею видеться, — заговорил Дэниел. — Я заплатил ей часть денег в качестве отступного. Когда я начну работать самостоятельно, я заплачу ей еще. И тогда я больше не увижу ни ее, ни ребенка.
Я молча кивнула.
— Она освободила меня от всех обязательств. Хозяева, у которых она служит, хотят взять ребенка и воспитать, как своего внука. Они мне так и сказали. Эта женщина понимает свое положение. Она не алчная. Она не станет искать встреч со мной и требовать от меня чего-то еще. Правда, ребенок будет расти без отца. Он меня даже не запомнит.
Дэниел ждал моих слов. Я по-прежнему молчала.
— Она молода и… — Он замолчал, подыскивая слово, которое не было бы обидным для моих ушей. — Привлекательна. Я почти уверен, что потом она выйдет замуж и полностью забудет меня, как я забыл ее.
По-видимому, Дэниел считал свои слова вполне убедительными.
— Ханна, я не вижу причин, почему мы с тобой должны жить врозь. Ты же слышала: я ей ничего не обещал. Она не имеет ко мне никаких претензий. Я — целиком твой.
— Нет, — сказала я, поворачиваясь к нему лицом. — Я освобождаю тебя, Дэниел. Мне не нужен муж. Мне вообще не нужен мужчина. Мне нет дела до твоих договоренностей с той женщиной. Я к тебе не вернусь. Эта часть моей жизни завершилась.
— Но ведь ты — моя законная жена, — сказал он. — Мы поженились по законам страны и перед взором Бога.
— Не нашего Бога! — отмахнулась я. — Не нашего Бога, и потому все эти клятвы ничего не значат.
— Твой отец прочел над нами еврейские молитвы.
— Дэниел! — воскликнула я, удивляясь его упрямству. — Неужели ты не понял? Наши родители цепляются за наследие, которого уже сами не знают. Отец путался в словах, а твоя мать ничего не могла ему подсказать. У нас не было ни раввина, ни синагоги. Даже двух свидетелей не было. Нас могла связать только наша вера друг в друга. Я приехала к тебе с такой верой, а ты встретил меня ложью. Даже тогда, на палубе, когда я думала, что ты обезумел от желания ко мне, ты знал, что у тебя есть другая женщина и ребенок от нее. Бог тут ни при чем. Не Он меня обманул, а ты.
Лицо Дэниела стало серым.
— Ты рассуждаешь, как алхимик, — сказал он. — Мы ведь принесли связующие клятвы.
— Связующие клятвы приносят свободные люди. А ты не был свободен, — резко возразила я.
— Твоя логика доведет тебя до безумия, — выдохнул он. — Ладно, давай забудем про все эти свадебные ритуалы. Я сейчас прошу тебя быть моей женой. Прошу простить меня и любить, как любит женщина. Я не хочу, чтобы ты меня препарировала, словно ученый. Люби меня сердцем, а не разумом.