– Что тут гадать? Глядите!
Вглубь левого коридора, в кромешную тьму, указывала нарисованная на влажной кладке стрелка. Под ней начертали всего одно слово: «Базун».
Все притихли. Вишена потрогал стрелку пальцем.
– Мел. Дулебская крейда, с желтизной, – молвил он тоном знатока.
– Двинули! – скомандовал чародей и споро зашагал по стрелке-подсказке. Когда все спутники углубились в левый ход последние двое – Вишена и Боромир – переглянувшись, разом поднесли к надписи и стрелке свои мечи.
Ни искры не родилось в глубине волшебных изумрудов, надпись была чиста.
Витязи-храбры отправились вослед товарищам и основной коридор опустел, окунувшись во мрак.
Сначала ход вел прямо; изредка в стенах встречались неглубокие ниши, обыкновенно там хватало всякого хлама, принесенного потоком воды, однако встречались и пустые, словно вычищенные. Позже путники несколько раз свернули. Вишена, не привыкший ориентироваться под землей, не видя солнца, окончательно утратил направление. Тарус ведет, ну и пусть.
Боромир топал сзади, расплескивая ручей-воду. На очередном повороте дождем, неистовым летним ливнем, откуда-то сверху, из черноты хлестали упругие водяные струи. Втянув головы в плечи путники проскакивали эту купель чем побыстрее.
– Кто там говорил, что в этом коридоре посуше? Подайте-ка мне его! – ворчал Вишена, без особого, впрочем, недовольства.
– Стойте! – донеслось от головы шествия. В ноздри ударил удушливый неприятный запах. Боромир с Вишеной протиснулись к Тарусу, миновав всю цепочку.
– Что там?
Тарус принюхивался, шмыгая носом и прикрыв зачем-то глаза.
– Смерть-воздух, что ли? – предположил Боград. – В шахтах да копях такое случается: надышишься, и все. Почитай, пропал…
– Не похоже, – покачал головой чародей. – Смерть-воздух пахнет иначе. Ну-ка, други, давайте быстро! Проскочим, авось пронесет!
И впрямь проскочили. Неприятный запах остался позади, а путники скоро уперлись в стену, дойдя до тройного перекрестка. Прямо здесь хода не было, только влево или вправо. Свернули направо. Тарус не колеблясь выбрал направление.
Шагов через пятьсот коридор опустился на два с лишком локтя, и пол, и потолок. Путники, пригибаясь еще сильнее, спустились по шаткой металлической лесенке.
– Ишь ты! – удивился практичный Роксалан. – Чего удумали – лестницу из железа сотворить. Два меча, поди, извели, а то и все три…
– Гляди: осерчал! – засмеялся беспечно Дементий. – Тебе-то что? Чай, не твои мечи.
– Негоже металл зря переводить, – покачал головой Роксалан. – Могли бы и деревянную… того и гляди – ложки станут железные мастерить, чаши, телеги…