— Ну разумеется, — на том конце провода послышался ехидный смех. Но Дык не обиделся — он, вообще-то, личность совсем не обидчивая. — И чем же я могу тебе помочь?
— Узнай, пожалуйста, не переводилась ли на счет Андрея Перцевого крупная сумма денег? В последнюю неделю, пожалуй. Это возможно осуществить?
— Возможно все, Танечка. Я узнаю и тебе перезвоню, номер имеется.
На этой оптимистической ноте наша конструктивная беседа и закончилась, я отставила телефон подальше от своего носа, с трудом удерживаясь от очередного приступа чиха, и приступила к сборам. Так, сегодня мне предстоит, возможно, достаточно длительное время носиться по городу. А значит, одеваемся в джинсы, темные, естественно, добавляем снова топик — вдруг, хоть это и маловероятно, солнце порадует нас своим визитом, а поверх куртку — не хотелось бы замерзнуть и вымокнуть под дождем.
Впрочем, дождя пока не было, небо ограничивалось тем, что гоняло мрачно-серые тучи, сквозь которые изредка просвечивали лоскутки тусклого, серебристого неба.
Едва я успела сунуть ноги в кроссовки и набросить на плечи куртку, мой сотовый, с которым я практически не разлучаюсь, зашелся в истеричном визге. Щелкнув кнопочкой, я подключила связь, и из мембраны прямо в мое ухо полетел сбивчивый голос Сидоренко:
— Танечка, у тебя случайно отмычек нет?
— Чего-о? — подумав, что только этот идиот о таких вещах спрашивает по телефону, переспросила я. И, разумеется, Ванька не преминул поведать мне, что произошло.
Мой чудо-приятель природы, оказывается, умудрился заклинить свой замок изнутри и теперь не мог выйти из квартиры. Как назло, телефона «Службы спасения города Тарасова» под рукой у него также не было, и Ванька решился позвонить мне. Палочку-выручалочку нашел…
— Танюш, мне на работу надо, и побыстрее желательно, — жалобно заныл Ванька. — Приезжай, пожалуйста, я тебя очень сильно жду!
— Позвонить в свое НИИ ты, разумеется, не можешь? — досадливо передернулась я, забрасывая на плечо сумку с необходимым инвентарем.
— Разумеется, нет, — в голосе этого наглого типа еще и насмешка появилась. — Я потерял записную книжку, а твой телефон у меня на бумажке остался.
— Ну хорошо, — сдалась я, — жди, бедолага, приеду!
Кажется, я уже начинаю проклинать тот день, когда нас с Ванькой Сидоренко свела судьба, как, впрочем, и визит на дачу Перцевого. С другой стороны, помощь оказать надо, а то этот бедолага еще и квартиру спалит.
Спустившись вниз, я погрузилась в неожиданно «вкусный» запах воздуха. Близость дождя дарила свежесть, пронзительно пахли тополиная листва и высаженные на газоне цветы. Нахохлившиеся воробьи кучковались на ветках, робко чирикая. Голуби вальяжно разгуливали по асфальту, пока еще сухому, и мелодично курлыкали. В общем, не жизнь, а сказка. Только в этой сказке события предстоят веселые — вскрывать дверь несчастного Сидоренко и вызволять его из дома, как какую-нибудь принцессу из заточения. Вот уж действительно Иванушка-дурачок.