Манфред был так увлечен своей милой женой, что не замечал внезапного возбуждения гостей и того, что полковник Больдт бросился навстречу небольшой группе, спускавшейся от дома, пока оркестр не заиграл марш нацистской партии – «Хорст Вессель».
Все гости вскочили и вытянулись. Удивленный Манфред перестал танцевать и стоял рядом с Хайди. Когда небольшая группа вступила на деревянную танцплощадку, все гости вскинули руки в нацистском приветствии и воскликнули: «Хайль Гитлер!» Только тут Манфред понял, что происходит, какой невероятной чести удостоились они с Хайди.
Человек, шедший к нему, был в белом кителе, застегнутом до самого горла, с единственным украшением – Железным крестом за доблесть. Лицо у него было белое, квадратное и сильное; темные волосы начесаны на высокий лоб, под большим, красивой формы носом – маленькие подстриженные усики. Лицо достаточно обычное, но таких глаз Манфред никогда не видел – своим пронизывающим вниманием они проникли в душу, достигли сердца и навсегда поработили его.
Он вскинул правую, загипсованную руку в нацистском приветствии. Адольф Гитлер улыбнулся и кивнул.
– Я слышал, вы друг Германии, герр Деларей, – сказал он.
– Во мне немецкая кровь, и я истинный друг Германии и ваш искренний поклонник. Не нахожу слов, чтобы выразить, какую честь вы мне оказываете.
– Поздравляю вас с мужественной победой над американским негром. – Адольф Гитлер протянул руку. – Поздравляю вас также с женитьбой на одной из прекрасных дочерей Рейха. – Манфред взял руку фюрера своей здоровой левой, он дрожал и был полон благоговения, сознавая значительность момента. – Желаю вам счастья, – продолжал Гитлер, – пусть этот брак укрепит вашу связь с немецким народом.
Рука у фюрера была прохладная и сухая, сильная, но изящная, – рука художника, и Манфред задохнулся от избытка чувств.
– Мой фюрер, связь между нами будет вечной.
Адольф Гитлер снова кивнул, пожал руку Хайди, улыбнулся при виде ее счастливых слез и ушел так же неожиданно, как появился, на ходу улыбнувшись самым важным гостям.
– Я и не мечтала… – прошептала Хайди, сжимая руку Манфреда. – Я совершенно счастлива.
– Вот величие, – сказал Манфред, глядя вслед уходящему Гитлеру. – Вот подлинное величие. Трудно представить себе, что он простой смертный, а не бог.
* * *
Сара Бестер ехала на велосипеде по главной улице небольшого городка Стелленбос, лавируя в редком потоке транспорта, улыбаясь и маша рукой знакомым на тротуаре. Ее учебники лежали на багажнике. Юбка вздымалась почти до колен, а школьную шляпу Саре приходилось придерживать рукой.