Возле миссии Абеля Грея стояла группа опечаленных детей и стариков. Тим подозвал одного из мальчиков и спросил:
— Что тут происходит?
— Священник умер, — сказал мальчик, чуть не плача.
Тим передал Сьюзан горестное известие.
— Как стыдно, — расстроилась она. — Я должна навестить Сабрину.
— Обязательно, — согласился Тим.
— Что же теперь будет? Она не управится без отца.
— Справлялась же она до сих пор…
— Но отец, пусть даже больной, был рядом. Теперь же у нее никого не будет, если… — она осеклась.
— Если — что?
— Если она не найдет себе супруга. И побыстрее. Как насчет тебя, Тим? Я знаю: ты ей нравишься…
Тим вздохнул:
— И она мне нравится. Прекрасная девушка! Но я никогда ее не любил…
— Продолжаешь отгораживаться от чувств?
— Может быть… Нет, не уверен.
Они навестили Сабрину вдвоем. Тим сказал убитой горем девушке, что прихожане преподобного обязательно оплатят ей дорогу обратно на Восток. Сабрина, казалось, была готова покинуть штат, где ее отец провел свои последние дни.
Похороны проповедника собрали удивительно много людей, и Сабрина услышала множество слов сочувствия.
Неделя заканчивалась, а Тим еще ничего не сделал, чтобы продолжить игру, начатую банкиром. Ведь Нильсон ждал известия, что с Вульфом покончено…
Ночью, во время обхода, Паркер решил зайти в банк и поговорить с Нильсоном, который частенько возвращался туда даже ночью. Окна на фасаде были темны, но откуда-то из .глубины офиса пробивался свет.
Тим слез с лошади, привязал ее к столбу и толкнул переднюю дверь банка. К его удивлению, дверь отворилась. Тим постоял в раздумье: где же охранники, нанятые банкиром? Нильсон всегда брал их с собой, едва наступала темнота… Тим бросился к кабинету толстяка.
Луч света пробивался через приоткрытую дверь. Распахнув ее, Тим увидел то, чего следовало ожидать. Нильсон сидел за своим столом и, не мигая, смотрел на вошедшего широко раскрытыми, полными ужаса глазами. Голова толстяка была аккуратно оскальпирована, и кровь капала на пол. Толстяк только выглядел, как живой.
Вульф свел счеты с последним из троицы. Оставался только Флэш Моран!
Охранников Тим обнаружил во дворе. Оба были пьяны и плели что-то про бутылку с ромом, которую обнаружили в одной из своих седельных сумок.
Сьюзан не пошла в кабинет. Тим посвятил ее во все детали на улице. Когда он закончил, она глубоко вздохнула:
— Хватит, решено! Я готова предъявить обвинение Вульфу.
— Я предупреждал тебя с самого начала! — сказал он.
Сьюзан была бледна.
— Я поверила его рассказу. Он говорил так искренне!
— Не думай об этом, — сказал Тим.
— Я не имела права… Теперь я в ответе за смерть и судьи, и Нильсона.