— Что ж — Грустно ответил собеседник. — Что-то подобное я и ожидал услышать… И если в ваших силах обучить мою дочь способу, коим можно вымолить милосердие у кредонского пирата, я буду счастлив заплатить вам любые деньги за подобную науку… Хотя боюсь, милосердие кредонцев в отношении молодой девушки — будет пострашнее смерти…
Так что вы все-таки подумайте еще над моим предложением. — Я готов платить вам втрое… нет впятеро, против вашей обычной ставки…
… Ренки пришлось подумать. — И вовсе не по причине предложенной высокой оплаты. Куда важнее, что этот дом был последний из списка подозреваемых, куда Ренки еще не смог пробраться.
Но с другой стороны — обучать девушку??? — Даже если отбросить здравый смысл — есть же какие-то нормы приличия, которые нельзя нарушать!
* * *
— Ну что ж братцы… Давайте подведем итоги. — Открыл собрание Готор, привычно взяв на себя председательские функции. — Начнем с тебя Дроут…
… Поскольку собрание было особо важным и сверхсекретным — собрались они в домике, где проживали Готор и Ренки… Уж неизвестно за какие веревочки дергал Готор, и кому давал на лапу, (а кто еще мог это подстроить?), но даже после прибытия в полк пополнения, их не «уплотнили», и два приятеля по прежнему могли жить каждый в своей комнате, в тихом домике окруженным садом, где кроме них, хозяйки, и пожилой служанки, другие жильцы отсутствовали.
… И это при том, что даже вновь прибывшие офицеры, подчас вынуждены были делить одно помещение на двоих. А волонтеры, из тех кто победнее — набивались в комнаты по четыре-пять человек. А уж про солдат и говорить нечего. — На троих рядовых полагалась одно спальное место, и использовать его следовало посменно. — Все-таки целый полк, это немалая нагрузка для городка, по всем улицам и переулкам которого, можно было пройти часа за два неспешным шагом, — места на всех не хватало.
Видимо хозяйка была в курсе кому обязана избавлением своего жилища от толпы солдатни, (в этом отношении Готор не имел привычки проявлять излишней скромности), и потому была настолько снисходительна, что позволила собрать в своей столовой компанию из шестерых приятелей, заведших знакомство еще на судне для перевозки каторжников, четверо из которых все еще оставались рядовыми, и даже выставила им угощение со своей кухни. Отвыкшим от домашней еды солдатам, она показалась безумно вкусной.
— Ну короче… — Начал старый домушник. — Мужик этот Ваар… (зуб даю — имя не настоящее). — Он точно ни к какому «обществу», никаким боком… По всему видать — повадки не те.
Мужик конечно матерый, опытный, я бы даже сказал — «скользкий», — но и говорит не так, и знаков правильных не кажет… Я поначалу думал — может он из «ювелиров» или «убийца» высшего ранга — они тоже все из себя на особицу… Но нет, — точно не из «общества».