Они провели так несколько часов. С внешних стен бунгало начала отлетать краска, и пока доски не обнажились полностью, казалось, что в воздухе кружатся мириады желтых бабочек.
В конце концов ветер утих. На островке воцарилось безмолвие. За окном ничего нельзя было разглядеть, потому что поднятый ураганом песок еще не осел. Удостоверившись, что все закончилось, Мартин и Фьямма вышли из бунгало. Их глазам открылось печальное зрелище: десятиметровые волны накатывали на голый пляж, с которого ветром унесло весь песок. Остров был накрыт красноватым облаком, сквозь отверстия в котором просвечивало солнце.
И вдруг с неба посыпались кусочки красной глины, из которой выпадали миллионы крохотных жаб — они приклеивались к телу, словно были на присосках. У Мартина они вызывали отвращение, а Фьямма им обрадовалась — она столько лет не видела урагана с жабами! Фьямма начала собирать их и складывать в карман. Она до сих пор помнила, как собирала их после каждой бури в своем с каждым днем все более далеком детстве. Маленькая Фьямма обожала этих крошек. Устраивала для них конкурсы красоты, выкладывая жаб на обеденном столе, не слушая криков матери, умолявшей "немедленно выкинуть эту гадость" — мать их панически боялась. Фьямма очень давно их не видела, и теперь ей захотелось поиграть с ними. Но Мартин все твердил, что они омерзительны, и заставлял Фьямму сбрасывать жаб на землю. Раньше они оба с удовольствием поиграли бы с малышками, но сейчас "детская" часть души Мартина принадлежала не Фьямме, а Эстрелье.
Облепленные грязью и маленькими жабами, шли они по острову, вернее, по тому, что от острова осталось. Не видно было ни души. Они действительно остались здесь одни? Фьямму это не смущало — в запасе у них еще оставалось четыре из пяти отведенных для отдыха дней, но Мартин был подавлен: во-первых, он чувствовал себя в ловушке, а во-вторых, накануне вечером он окончательно понял, что попытка наладить отношения с Фьяммой обречена на провал. Он осознал то, что в глубине души чувствовал уже давно: их брак не спасти.
Он и на островок этот приехал лишь в поисках предлога для того, чтобы восстановить отношения с Эстрельей, по которой тосковал до физической боли. Но судьбе было угодно, чтобы эти дни они с женой провели вместе. Чтобы выжить, им пришлось забыть о своих разногласиях, пришлось довольствоваться самым необходимым — искать в прибрежных скалах моллюсков, чудом не унесенных в море, собирать упавшие кокосовые орехи, чтобы было чем утолить жажду, и разводить на пляже костры, чтобы приготовить то немногое, что удалось добыть, и согреть души, продрогшие без любви.