Интересно было Гордееву пощупать настрой забайкальского люда в условиях должно быть немалой растерянности большевичков, лишившихся в январе своего вождя.
Гордеев вернулся в Харбин 1 мая и занялся подбором людей для похода. Прибыл в Харбин полковник Дуганов, предложил свой небольшой отряд в полное распоряжение.
Очень кстати! Буквально накануне выяснилось, что Непомнящих с Мунгаловым ни хрена не сделали, - пропили деньги!!
Опухший от многодневной попойки хорунжий стоял на коленях и каялся, а есаул взял револьвер и пальнул себе в грудь. Дескать, честь офицера и все такое прочее. Застрелиться и то не сумел! Лежит в лазарете, кровью харкает. Аники-воины!
ТУГОЩЕКИЙ, крепкий, с обозначившимся брюшком, Гордеев испытующе глядел на переминавшегося с ноги на ногу Петра.
- Так, говоришь, за идею красным холку мылил?
- Истинный крест, вашбродь, - взгляд у Петра изподлобья, тяжелый, волчий.
- И где ж большевички тебе так насолили, а? - Гордеев совершенно не поверил заявлению добившихся с ним встречи казачков - двух братцев Леоновых. Идейные среди нижних чинов давно иссякли.
- Так это. Батя наказал. Кады красноперые двух лошадей со двора. На нужды энтой самой. революции.
- Ага, под красную реквизицию, стало быть, попали? - не столько спросил, сколь подытожил мычание Петра Гордеев.
- Но. - утвердительно и с облегчением мотнул лохматой, давно немытой башкой парень.
- И чего же вы с братцем от меня-то хотите, любезный?
- Так это. В отряд, на довольствие. Службу нести.
- Хэк-с! - Гордеев пружинисто поднялся с лавки, разогнал большими пальцами складки гимнастерки над ремнем, потом привычно крутанул ус, усмехаясь. - Стало быть, на довольствие. Силен, орел!
Медленно оглядел еще раз торчащего неуклюжим столбом посреди комнаты здоровяка, возвышавшегося над Захаром Ивановичем на целую голову.
- А что умеешь, служивый?
- Так это. За лошадьми ходить, кашеварить, по кузнечной части малость. Ну, это, подкову, там, сменить.
- Па-а-нятно! - протянул Гордеев, крутнулся на каблуках мягких шевровых сапог, снова уселся на лавку, положив ногу на ногу. - А откуда вы с братухой-то?
- Александровские мы. С под Иркутска.
- Знаю, знаю-с, - Гордеев издал языком щелкающий звук. - А из трехлинейки как бьешь? Пулемет Гочкиса или Шоша знаешь?
- Не-а, энтому пулемету не обучен, а из винтовки могу. Тока, это.
- Невеликий, как понимаю, стрелок?
- Но. - Потупился, вздыхая, здоровяк.
- А братец твой?
- Леха-то? Так это. Тоже.
- Что тоже? Тоже мастер патроны в белый свет переводить?