Джип ловко увертывался от махин встречных многотонных фур, рыкал клаксоном на плетущихся в поржавелых «москвичонках» и «жигульках» сельчан, нагло подрезал более благополучных автовладельцев, обходил, словно стоящие на месте, «ЗИЛы» и «УАЗы», скрипящие «пазики» и чадящие междугородние «Икарусы», давно выбегавшие свой автобусный ресурс.
Даже шустрые маршрутные «Газели» и бутылочной зелени южнокорейские «микрики», снующие меж городками и весями, старались держаться обочины, завидя летящего японского мастодонта, ведь давно известно, что на российской дороге прав не тот, кто прав, а у кого «аппарат» понавороченнее.
Солнце степенно приблизилось к голубеющим на далеком противоположном берегу Байкала зубцам хребтов, когда «Лэнд круизер», наконец, устало урча, вкатился на окраину Клюевки.
Небольшой леспромхозовский поселок, расположившийся на вдающемся в озеро-море мысу, дышал провинциальной тишиной и покоем.
По сонной от зноя улице одиноко брела старуха с кошелкой, у серого забора, рядом с огромной лужей, лежал выводок гусей, чуть поодаль что-то деловито выискивали в траве куры. Стайка мальчишек копошилась вокруг проржавевшего остова «москвича», брошенного у беленой кирпичной стены старинной двухэтажной водокачки, верх которой представлял собой почерневший от времени брусчатый сруб под старой шиферной крышей.
- Пацаны, - высунулся из машины Юрий. - Где тут у вас власть заседает?
- Вам поселком нужен или контора леспромхозовская? - деловито переспросил самый рослый из мальчишек, приставляя ладошку козырьком ко лбу.
- Поселком.
- А прямо по улице поезжайте, там площадь будет с автостанцией, вот и увидите. Дом такой с флагом.
«Лэнд круизер» рыкнул и покатил по улице, разбрызгивая лужи. Вскоре выехали на площадь - круглый пятачок с остатками древнего асфальта, окруженный покосившимся подобием крытой автобусной остановки, зданием лабазного типа, украшенным аляповатыми вывесками сразу трех торговых точек местных частных торговцев. Еще одна вывеска-мазня, криво приколоченная к стене деревянной лачуги с крыльцом в три ступеньки, на которых сидели изнывающие от жары женщины с ребятишками, извещала, что касса автобусной станции находится здесь.
Юрий покрутил головой. С площади в разные стороны, помимо той, откуда они приехали, разбегались еще четыре улочки в буйной тополиной и черемуховой зелени. Меж ветвей, на левой из улочек, Юрий заметил линялый триколор.
- Давай туда, - показал утирающему пятерней коротко стриженную макушку Витьку.
Через полчаса Юрий знал: старики Шейны здесь, в Клюевке, проживают на улице Иркутской в собственном доме, давно на пенсии.