Ведь никто из них не знал, как застенчива Марсия и как в то же время ей хочется понравиться соседям. Только Джеральд догадывался, как нервничает она от своей неопытности и неуверенности, и старался по возможности оказываться рядом.
Однако Джеральд был бессилен что-либо сделать, поскольку Малколм упорно отклонял приглашения, стало быть, и Марсия не могла их принять, даже если бы захотела.
Однажды Джеральд все же отважился высказать свое мнение и образумить Малколма. Глава исполнительной власти графства устраивал благотворительный бал, сборы от которого предполагалось передать местной Ассоциации медицинских сестер.
Джеральд исполнял и секретарские обязанности, поэтому, войдя утром в библиотеку, он вручил Малколму приглашения. Тот сразу же сердито отодвинул их от себя через стол.
— Откажитесь, — коротко сказал он.
— Вы не думаете, — осторожно начал Джеральд, — что вам и леди Грейлинг следовало бы появиться на балу? Для его устроителей очень важно, чтобы в нем участвовали все уважаемые люди графства. Ваш дядя был всегда заинтересованным участником и щедрым покровителем таких начинаний. Все будут очень рады, если вы появитесь на балу, хотя бы ненадолго...
Но Малколм решительно прервал его.
— Я не собираюсь ни на кого производить впечатление, — заявил он громко и раздраженно. — Меня интересует только моя работа, а не участие в подобных лицемерных затеях.
Больше говорить было не о чем. Джеральду снова было указано его место, и теперь оставалось только написать очередное письмо с отказом. Однако он решил воспользоваться этим случаем и поговорить с Марсией.
Закончив работу в библиотеке, он направился к озеру, зная, что найдет там Марсию, пристрастившуюся к рыбной ловле. Самое удивительное, думал он, что у нее это отлично получается.
Джеральд и Марсия оба были молоды и поэтому возникшая между ними откровенность и легкость общения вскоре перешла в дружбу. Выражать ее в словах не было необходимости, однако Джеральд видел по глазам Марсии, как радуется она их встречам, и сам с удовольствием ждал их.
Он часто думал о том, как скучно, должно быть, Марсии здесь одной. Малколм всегда был занят и редко находил время для коротких ленчей с женой, а по вечерам засиживался в кабинете до самого ужина. Однако Марсия казалась вполне счастливой.
Она никогда ни на что не жаловалась. Встречаясь с Джеральдом в поместье, где, кажется, проводила большую часть дня, она всегда улыбалась. Вот и сейчас она с улыбкой поздоровалась с ним.
— Я поймала две форели, — объявила она ему тут же. — В одной фунта полтора.