— Помогите, освободите меня! — закричал Авакулов в тот момент, когда Вадим, пятясь назад, поскользнулся, а на него обрушилось безголовое тело зомби. Первой на крик прибежала Лена, заглушив пронзительным визгом вой и стоны борющегося на полу охранника.
— Скорее, отцепите меня! — громко завопил узник, прикованный наручниками к трубе. Подбежавшая Виктория Алексеевна вырвала из рук застывшей молодой девушки ключи. Потные от страха, пухлые пальцы кассира принялись извиваться у замка. Ключ сделал пару оборотов — и стальные челюсти разжались. Обреченный на казнь, освободившись от плена, быстро поднялся.
— Скорее, бегите отсюда! — слова милиционера, подобно вихрю, врезались в уши женщин. Кассир мгновенно отреагировала на приказ и устремилась прочь от того места, где по обагренному человеческой кровью бетонному полу катались два тела. Добежав до визжавшей Лены, она схватила ее за руку. Плотная рука кассира не менее крепким металлическим наручником захлопнулась на тонкой руке молодой продавщицы, увлекая ее за собой на безопасное расстояние. Инспектор ДПС, схватив со стеллажа деревянный ящик, обрушил его на спину безголового трупа. Ящик разбился на множество щепок, разлетевшихся в разные стороны. По зомби продолжал тянуть мертвые руки к глазам сопротивляющегося Вадима. Милиционер быстрым движением поднял лом и, вскинув оружие, устремился на врага. Удар оказался настолько сильным, что тело мертвеца пролетело в воздухе несколько метров и, ударившись спиной о стенку, повисло на металлической рукоятке. Наконечник лома, без труда пробив грудную клетку слуги Дьявола, врезался в кирпичную стенку и, раскрошив цемент, прочно засел между двумя кирпичами. Восставший из царства теней теперь был похож на болтавшуюся на вертеле курицу. Руки безголового зомби яростно пытались вытащить пригвоздивший его к стене металлический штырь. Внезапно раздавшийся приглушенный, предсмертный окрик, полный безумного, дикого страха, заставил Андрея обернуться. На бетонном полу, залитый кровью, лежал охранник. В его горло вцепилась голова убитого им человека. Зубы без устали клацали и с остервенением вгрызались в плоть живого человека. Вадим взглядом послал последнюю мольбу о помощи и замер. Авакулов застыл как вкопанный. Он был похож на маленького ребенка с бешено хлопающими ресницами, у которого от увиденной необъяснимой и непонятной картины начался нервный тик. Зомби не умирали, не превращались в бездвижные тела и вообще были не такими, какими они были обязаны быть. Их можно было расчленить, порезать и даже отделить голову от туловища, как учили классические ужастики. Но в любом случае каждая часть начинала свою новую жизнь, наполненную жаждой убийства и истребления всего живого на планете. Это было похоже на борьбу с мифической Медузой Горгоной, где взамен отрубленной одной головы вырастали уже две. И это могло длиться до бесконечности.