Меч князя Буй-тура - Николай Дмитриевич Пахомов

Меч князя Буй-тура

Меч князя Всеволода Святославича, известного по «Слову о полку Игореве» под прозвищем «Буй-тур», вместе с частью старогородского клада, а также многими другими экспонатами и был привезен сотрудниками Трубчевского музея в Курский областной краеведческий. Привезен по просьбе коллег для устроения временной экспозиции в рамках действия федеральной программы о взаимном обмене культурными и историческими ценностями и фондами. С этого начинается запутанная детективная интрига, разворачивающаяся в двух временных пластах. При создании обложки использованы картины «Буй-тур Святославич» из серии художника Андрея Нестерова «На заре Руси» и «Сыщики МУРа» художника Олега Леонова.

Читать Меч князя Буй-тура (Пахомов) полностью

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— Слышали новость?!. — перешагнув порог кабинета, вместо привычного «Здрасьте!», не спросил, скорее, констатировал Тимур Любимов, обозреватель криминальных новостей и любитель «жареных фактов» газеты «Курский курьер».

— Что еще за новость? — также не приветствуя коллегу, даже не поворачивая головы в его сторону от дисплея компьютера, пропела пышногрудая и огненно-рыжая Санечка в невесомой на вид, просвечивающейся насквозь кофточке. Санечка — журналистка, освещающая в прессе события, связанные с молодежью и молодежной политикой властей, от больших — кремлевских, до городских, муниципальных.

— В краеведческом музее новая экспозиция открывается… Меч князя Буй-тура привезли! И…

— Подумаешь, новость, — не дослушав, потеряла Санечка всякий интерес к сообщению коллеги. — Вот если бы инопланетяне на Красной площади сели — то да! Или бы мне кто-то дворец хрустальный подарил! А то — новая выставка. Дел-то… — фыркнула избалованной кошкой. — Экая невидаль! Да у нас только в одном Курске с десяток музеев отыщется… А уж черепушек да железяк там всяких разных — пруд пруди.

Ее изящные пальчики с ярко накрашенными длинными ноготками вновь запорхали веселыми бабочками по кнопкам клавиатуры, заставив экран дисплея морщиться и корчиться от буквенной и цифровой ряби. Зато чуть согбенная грациозная спинка с четко выраженными лопатками, как бы соединенными между собой тонкими лямками кипельно белого, как цвет вишневых садов в пору весеннего цветения, бюстгальтера, была неподвижна, словно у статуи.

— Голодной куме одно на уме, — буркнул беззлобно Тимур, всегда снисходительно относившийся к этой накрашенной кукле, действительно избалованной мужским вниманием, изящная головка которой постоянно была забита одной проблемой: где подцепить себе хоть какого-то олигарха. Да и подобные диалоги, когда один видит в чем-то сенсацию, а другому это — «по барабану», в редакции происходили чуть ли не ежедневно. — Подумаешь: «инопланетяне»… — мысленно продолжил диалог Тимур, лавируя между столами, тумбочками и угловатыми шкафами, вечно заваленными всякой всячиной, чтобы пробраться к рабочему месту. — Тут гости из двенадцатого века — меч самого князя Всеволода Святославича Курско-Трубчевского, или Буй-тура по «Слову о полку Игореве»!.. И пояс то ли тоже его, то ли его супруги, то ли кого-то из княжичей — такой изящный… Из трубчевского клада на Старом городище. А это, замечу, милая дама, почти то же самое, что прибытие инопланетян, — рассуждал сам с собой Тимур, усаживаясь на шаткий стул за «родной» стол. — Только связано не с будущим, а с прошлым… Это ведь тоже космонавты-экспонаты… только из прошлого. Прошлого нашей страны. Понимать надо, бюст ты наш гуттаперчевый, великолепное скопище грехов и соблазнов».