Орфей спускается в ад - Теннесси Уильямс

Орфей спускается в ад

Орфей спускается в ад (англ. Orpheus Descending) — драма Теннесси Уильямса 1957 года, относящаяся к течению южной готики. Пьеса является переработкой более ранней пьесы Уильямса «Битва ангелов» (The Battle of Angels, 1940), холодно принятой публикой. По всему тексту пьесы проводится тесная аналогия с мифом об Орфее (Вэл — Орфей, Леди — Эвридика, Джейб — Аид). Так, Вэл играет на гитаре, что производит сильное впечатление на окружающих (аналогия с Орфеем, который звуками кифары усмирял диких зверей)

Читать Орфей спускается в ад (Уильямс) полностью

Orpheus Descending by Tennessee Williams

Перевод Я. Березницкого

Действующие лица

ДОЛЛИ ХЭММА.

БЬЮЛА БИННИНГС.

КОРОТЫШ БИННИНГС.

ПЁС ХЭММА.

КЭРОЛ КАТРИР.

ЕВА ТЕМПЛ.

СЕСТРИЦА ТЕМПЛ.

ДЯДЮШКА ПЛЕЗЕНТ.

ВЭЛ ЗЕВЬЕР.

ВИ ТОЛБЕТ.

ЛЕЙДИ ТОРРЕНС.

ДЖЕЙБ ТОРРЕНС.

ШЕРИФ ТОЛБЕТ.

ДУБИНСКИЙ.

ЖЕНЩИНА.

ДЭВИД КАТРИР.

СИДЕЛКА ПОРТЕР.

ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА.

ВТОРОЙ МУЖЧИНА.

Действие первое

Я тоже начинаю ощущать неодолимую

потребность стать дикарем и сотворить

новый мир.

Август Стриндберг.
(Из письма Полю Гогену)
Пролог

Декорация, решенная условно, изображает небольшой универсальный магазин и часть примыкающего к нему кафе (именуемого здесь «кондитерской») в маленьком городке одного из южных штатов. Высокий потолок; потемневшие, должно быть, от сырости и паутины, стены. В глубине большое замызганное окно, за ним — тревожно пустынный пейзаж, постепенно тонущий в поздних сумерках. Дело происходит в дождливую пору, в конце зимы и ранней весной, — сквозь окно иногда ничего не видно, кроме серебристых отблесков частого дождя. Позолоченными буквами старинного рисунка на стекле выведено: «Торренс. Универсальный магазин».

Товары и торговое оборудование представлены на сцене очень скупо и условно. Торчком стоят намотанные на большие катушки рулоны тканей, неосмысленно торчит у тонкого белого столба черный торс портновского манекена. Потолочный вентилятор недвижим; с него свисают полоски липкой бумаги для мух. Несколько ступенек ведут к лестничной площадке и от нее дальше вверх. На площадке — унылая искусственная пальма в зеленовато-бурой кадке. А кондитерская, часть которой видна сквозь широкую дверь под аркой, погружена в поэтический полумрак, как некая скрытая сущность пьесы.

Еще одним, но гораздо меньшим, игровым пространством является крохотная спаленка, расположенная в нише. Ниша задернута занавеской с выцветшим и потускневшим, но все еще отчетливым рисунком в восточном стиле: золотое деревцо с алыми плодами и фантастические белые птицы.


При поднятии занавеса две женщины средних лет, но довольно моложавого вида — ДОЛЛИ и БЬЮЛА — накрывают легкий ужин на двух небольших, принесенных из кондитерской, буфетных столиках с черными, изящно изогнутыми железными ножками и мраморной в розовых и серых прожилках доской. Жены захудалых плантаторов, они одеты с безвкусной роскошью. Вдалеке слышен гудок паровоза, и вслед за ним с разных сторон и на разном расстоянии — лай собак. Женщины прекращают возиться у столиков и с пронзительными криками бегут к двери под аркой.


ДОЛЛИ. Короты-ыш!

БЬЮЛА. Песик!

ДОЛЛИ. Курьерский приходит!

БЬЮЛА. Езжайте на станцию — надо их встретить!