Песня для Корби - Эгис Кин Румит

Песня для Корби

Коля «Корби» Рябин был обычным школьником-старшеклассником. От других его отличали разве что шрамы на запястьях — след неудачной попытки самоубийства после автокатастрофы, забравшей его родителей. С тех пор прошло четыре года, и ему казалось, что его жизнь наконец-то наладилась — на новом месте, с новыми друзьями. Но покою Корби пришел конец, когда в его класс перевелся новый ученик — странный тихий мальчик по имени Андрей Токомин. В какой-то момент он дал понять, что знает что-то о прошлом Корби и о том, что случилось с его родителями на самом деле.

Читать Песня для Корби (Румит) полностью

Пролог НА ИСХОДЕ НОЧИ

Скоро и мы окажемся там,

скоро взойдем на стену

времени — и не о чем будет

тосковать.

Только друг о друге.

Джим Моррисон

На одном из окраинных кладбищ Москвы, у самой его границы, за которой уже начинаются поросшие золотистой травой дикие поля, есть могила, в которой никто не похоронен. Ее навещают часто, хотя все, кто к ней приходит, знают, что в ней нет того, о ком сообщает надпись на памятнике.

Этот памятник выглядит странно. Он похож на крест, но приглядевшись, понимаешь, что это скорее буква «Т», которой добавили две горизонтальные перекладины: та, что снизу, такой же длины, как верхняя, а та, что в середине — короче. Они идут строго параллельно земле. Но кое-что общее с обычными надгробиями у этого памятника есть: его тоже украшает фотография. Ее уголок перечеркнут темной линией. На фотографии — мальчик-подросток. Светлые волосы, задумчивые глаза, стеснительная улыбка, притаившаяся в изогнутых уголках губ.

Под фотографией — имя: «Андрей Токомин». И даты короткой жизни.

Те, кто приходит, знают, что мальчика в могиле нет, но некоторые все же выглядят печальными — потому что больше не увидят его, как если бы он действительно умер; они понимают, что его больше нет ни в одной стране из тех, до которых можно добраться по земле, воде или воздуху. Это его родители: отец — высокий мужчина с лицом, изуродованным жуткого вида шрамом, и мать — женщина, выглядящая одинокой, даже когда они приходят вместе. Иногда с ними маленькая девочка. Ее глаза и волосы чуть темнее, но сходство все равно разительное. Это сестра Андрея. В отличие от родителей, она вовсе не выглядит печальной. Она разговаривает с мальчиком на фотографии, рассказывает ему что-то, иногда даже играет на могиле и рисует на ней мелками всякие забавные фигурки. Родители не останавливают ее.

Она не единственная, кто так делает. Иногда посетители кладбища застают памятник испещренным странными значками, а землю под ним — уставленной множеством свечей. Эти свечи всегда появляются на исходе ночи и не гаснут до восхода солнца; в предрассветных сумерках их огоньки завораживающе танцуют на своих маленьких восковых постаментах.

Кладбищенский сторож, человек со смешным именем Никита Граф, неоднократно заявлял, что поймает «вандалов», которые в неурочное время проникают на территорию кладбища. Но дальше угроз дело не идет. Да и не по себе ему делается, когда он замечает, как вдалеке, на странной могиле, вспыхивают один за другим трепещущие светлячки, как движутся вокруг них смутные тени. В такие ночи он спешит запереться в своей сторожке, плотнее задергивает шторки на узком окне и глушит тревогу прозрачной. Лишь однажды он набрался храбрости погнаться за ночными тенями, но те легко ускользнули от него.