Шторм - Саша Ино

Шторм

Кажется, давным-давно мне снился сон о том, как люди, следовавшие неизвестно куда и неизвестно по какому маршруту, совершенно нелепо были застигнуты непогодой на середине моря. Неопределенность же их судьбы заключалась в том, что убегая от очевидной обыденности, они попали еще в большую безвыходную ситуацию — шторм. Предупреждения: смерть персонажа. А в ушах играет Sad Al Kamio «Громоотвод».

Читать Шторм (Ино) полностью

It was smth strange between us

But not Love…

©

Кажется, давным-давно мне снился сон о том, как люди, следовавшие неизвестно куда и неизвестно по какому маршруту, совершенно нелепо были застигнуты непогодой на середине моря. Неопределенность же их судьбы заключалась в том, что, убегая от очевидной обыденности, они попали в еще большую безвыходную ситуацию… шторм.

Я проснулся рано, сиреневый океан еще не успел окраситься яркими, но холодными цветами осеннего солнца. Только чайки, разбуженные порывистым штормовым ветром, безумно носились над самой толщей воды. Я потянулся, в щели моего одеяла проникал холод, он вплетался в уютное тепло прогретого за ночь гнездышка подобно изворотливому змею. Я натянул одеяло повыше, поежился и уставился в проемы для света на деревянных ставнях. Сегодня определенно надвигается шторм.

Ветер раскачивает подвесной фонарь на крыльце и проверяет на прочность створки ставен нашего ветхого домика. Наверное, надо укрепить двери и окна, да и крышу неплохо бы подлатать, а то на чердаке после дождей вечно лужи. Собирай потом мокриц по всему дому. Здесь сыро, в первое время я даже опасался подхватить туберкулез, но я много чего опасаюсь, и мало что из этого перечня сбывается. Друзья вечно надо мной подшучивают за избыточную мнительность. Хотя, какие друзья? У меня их нет, так… знакомые. Сейчас вообще никого не осталось, точнее, это меня больше нет. Одним зимним днем я бросил все: дом, родителей, работу, мечты стать писателем, знакомых, Москву — и рванул сюда, на скалистый голый полуостров, где даже чайки гнушаются вить свои гнезда.

Он мертв, безжизнен и выглядит смертельно уставшим.

Здесь невозможно согреться, даже летом по утрам приходится кутаться в теплый плед и варить обжигающий кофе. Почва полуострова не способна плодородить, только гладкий булыжник, омытый некогда суровыми водами иссиня-черного океана, сумел найти себе пристанище. Земля забирает тепло своих обитателей, словно стараясь насытить вечную жажду и продлить себе век. Поэтому на побережье людей мало, особенно с нашей стороны, где из-за клыкообразного забора из рифов невозможно рыбачить. Наверное, именно поэтому я остался здесь. Мне нечего дать этой земле, мое сердце холодно, как и океан, омывающий ее изголодавшееся по теплу тело, именно из-за этого я научился сосуществовать с миром вокруг. Миром мертвецов, главный из которых — я.

На первом этаже послышался скрип старых половиц, я вздрогнул. Должно быть, Йохан уже проснулся, неудобно, видимо, ютиться на диване под пледом, да и холодно. Я нахмурил брови и покрутил головой в поисках часов. Они стояли на комоде боком ко мне, так, что циферблата было не разглядеть. Это я вчера так «удачно» метнул рубашку. Выругался: вылезать на холод не очень-то хотелось.