Услышь мой голос (Снегова) - страница 55

Только что он рассказал Ларисе о своей предстоящей авантюре, а перед этим они сытно поужинали свиными отбивными, которые утром привезла Ларисе мама. Гарниром им служил салат, его Лариса приготовила сама по рецепту из женского журнала. Она была очень горда своими кулинарными способностями и счастлива от того, что Леша наконец-то пришел к ней и пообещал пробыть у нее до середины следующего дня. На радостях Лариса согласилась провести этот вечер дома, а не в каком-нибудь клубе.

С горящими глазами она выслушала стратегический план, разработанный Лешей и его приятелем-телефонистом. Лариса решила принять в этом предприятии самое непосредственное участие.

— Лешка, знаешь, я же когда-то целых три года занималась в театральной студии, и там мы все делали сами — шили костюмы, учились накладывать грим. Да я тебя так загримирую, что и мама тебя с трех шагов не узнает.

— Ну что ж, давай, — согласился Алексей, — похоже, мы тут все с ума посходили с этим сексом по телефону. Ничего, будет что потом вспомнить.

— Слушай, — вдруг вскричала Лариса, — давай позвоним сейчас этим девицам, ты будешь говорить, а я слушать по параллельному телефону.

— Ну уж нет, — категорически отказался Алексей, — это все будет изрядно смахивать на групповуху, а я терпеть не могу подобные извращения. И потом, — он с улыбкой посмотрел на разочарованно вздохнувшую Ларису, — разве нам нужен кто-то третий, ведь секс по телефону — это развлечение для ущербных. По-моему, к нам это не относится, разве не так? — Алексей взял Ларису за руки и притянул девушку к себе. Ее глаза потемнели, потом закрылись, она тесно прижалась к Алексею, и они оказались в спальне. Вечер незаметно превратился в ночь. Алексей сжимал Ларису в объятиях, ее теплые губы щекотали его ухо, он слушал ее нежный шепот и чувствовал себя почти влюбленным.

Утром Алексей никак не мог проснуться. Он лежал на широкой Ларисиной кровати, застеленной бельем темно-синего цвета с рисунком в виде звезд и полумесяцев. Алексею не хотелось ни разговаривать, ни даже открывать глаза. Зато Лариса, как ни странно, была сама бодрость. Она извлекла откуда-то из глубины шкафа картонную коробку, стряхнула с нее пыль и сказала:

— Внимание, сейчас начнутся чудеса. Лешка, проснись!

— Да? — вяло отозвался Алексей. — Я думал, все чудеса уже случились этой ночью.

— Нет, ночь — время одних чудес, а день — совсем других. В этой коробке лежат все мои театральные причиндалы, вернее, то, что от них осталось. Давно я ее не открывала. Может быть, зря я рассталась с мечтой о театре? Стала каким-то менеджером, а их сейчас как собак нерезаных. А актриса? — мечтательно произнесла девушка. — Вот это настоящая профессия.