Принято считать, что противоположности притягиваются. Поэтому цельным, мускулистым и волевым девушкам — таким, как Вероника, — должны нравиться самоуглубленные, нервные рохли с романтическими кудрями и мягкими животами. Это неправда. Во всяком случае, Вероника таких не жаловала. Ее идеалом (она сама только что удивилась!) стал Железный Стас. Самый прямолинейный, крепкий, толстокожий и прозаичный из всех, кого она знала.
Стас вдруг тоже перестал заниматься Геворкяном. Он смотрел теперь на Веронику пристально, с прищуром. Она поняла, что он читает ее мысли, но ничего не могла с собой поделать и лишь попыталась улыбнуться. Он поманил ее жестким, туго гнущимся пальцем. Она двинулась к нему, как во сне.
— Вот Вероника Витальевна и вышла на этот адрес, — пояснял между тем Геворкян. — Она считает, что Артем Немешаев, снимавший эту квартиру, причастен к ограблению банкира Галашина.
— Немешаев не просто причастен, он исполнитель, — поправила Геворкяна Вероника и сама удивилась, как твердо и трезво звучит ее голос. — Это опытный скалолаз, человек большой физической силы. Уверена, что он и есть тот самый парень с сумками, которого видела соседка, когда крики в квартире стихли. Стало быть, он убийца.
— А эта дама в красных туфлях как тут оказалась? Кто она, не в курсе?
— Не знаю, — ответила Вероника (она поняла, что Стас не фамилию потерпевшей спрашивает). — Может, соучастница или даже заказчица ограбления. А может, случайная жертва? Ясно одно: Немешаева надо срочно объявлять в розыск. Думаю, он собирается покинуть город, если уже не сбежал. Здесь его может задержать только любовница Варвара Фомина, к которой он очень привязан. Значит, Фомину тоже надо найти.
— Согласен, — сказал Стас. — Не могли бы мы с вами сейчас сесть в мою машину и спокойно поговорить? Вы должны объяснить мне, как, по-вашему, Немешаев совершил ограбление. И что вы вообще про него знаете?
— Хорошо.
Они спустились во двор. Стас не проявил никакой галантности — не поддерживал под локоток на лестнице, не распахивал перед Вероникой двери, не усаживал в машину. Она сама забралась на сиденье, прикрыла колени папкой и принялась обреченно грызть ручку, которой все равно писать уже невозможно.
— Прекратите, — поморщился Стас, отобрал ручку и выбросил в окно. — На нервы действует. Время дорого. Валяйте про Немешаева!
Вероника с ужасом подумала: если Стас сейчас предложит ей пойти и переспать, она сразу согласится. Хотя разве сможет он потом ее уважать?
«Это, конечно, та особа, которую Егоров зовет Минтаем, — думал в это время Стас. — Чертов бабник! Девица как девица, видел я и пострашнее. И мозги у нее варят. Только не поймать нам теперь Немешаева — у него хорошая машина. Время упущено».