— Вы не узнаете, чего на самом деле хочет Гриншилд, пока не поговорите с ним.
— Моя жизнь меня вполне устраивает, Сэйнт. — Ее губы тронула грустная улыбка. — Знатный отец и ночные маскарады не превратят меня в благородную даму, которой можно показываться на людях в обществе красивого маркиза.
Она вставила в гнездо последнюю свечу.
— Ваш кучер уже…
Сэйнт поставил фонарь на пол, крепко взял ее за плечи и резко развернул лицом к себе.
— По-вашему, мне все равно? Думаете, все, что я делаю, я делаю ради себя?
Кэтрин настолько обескуражила его неожиданная резкость, что она ответила не раздумывая:
— Я не доверяю себе. Когда я оказываюсь рядом с вами, здравый смысл как будто покидает меня. Зачем вы пришли сюда, Сэйнт? — Ее пальцы сжались на его руках так же сильно, как его пальцы сжимали ее плечи. — Я не гожусь в спутницы человеку вашего положения, и есть другие… другие женщины, достаточно сообразительные, чтобы извлечь выгоду из подобных обстоятельств. Если вы этого хотите, то тратите время не на ту.
— По-вашему, мне нужно это, Кэтрин?
Она поежилась от того, что он таким резким тоном произнес ее имя.
— Вам кажется, что я снисхожу до вас? — Ответа он не стал дожидаться. — В первый раз вы признались мне в этом. Думаете, я знакомлю куртизанок со своими друзьями и их женами? Я никогда не старался соответствовать своему прозвищу, но даже я не настолько ничтожен.
— Я никогда не…
Он безжалостно перебил ее:
— Как вы могли проводить столько времени со мной и при этом думать, что нам нельзя быть вместе?
К неимоверному удивлению и стыду Кэтрин, перед глазами у нее все поплыло от слез.
— Я не могу рисковать своей репутацией. — И сердцем. — А вы, как и отец, вольны оставить меня, когда вам вздумается.
Он наклонил голову так низко, что их носы едва не соприкоснулись.
— Я знаю, что вы становитесь упрямой, когда дело касается аристократов, но я хочу, чтобы вы запомнили следующее: я не ваш отец. — Он четко произносил каждое слово. — Прекратите фантазировать о моих намерениях и судить меня по моим прошлым поступкам.
Слезы высохли. Теперь ей хотелось кричать от бессилия. Этот человек умел убеждать. Он был великолепным спорщиком и мог водить ее кругами, пока она не запутается и не выдаст себя.
— Что вы хотите этим сказать?
Наверное, смятение читалось в чертах ее лица, потому что он взял его обеими руками и большими пальцами отвел пряди волос.
— Милая Кэтрин, неужели вы жили так замкнуто, что ни один мужчина никогда не ухаживал за вами?
Она отвела глаза в сторону, делая вид, что ошеломлена. Нет, не скромность была причиной ее поступков. Хоть она как Кэтрин вела спокойную и безмятежную жизнь, разум и тело ее были совсем не так безгрешны, как ему казалось. Оттого, что он так ошибался в ней, ей стало стыдно. Общаясь с ней как с мадам Венной, он, по крайней мере, знал, что она шлюха и лгунья.