Его ладонь легла на ее грудь. Ткань ночной сорочки была мягкой, но тело под ней было молодым и упругим. Почувствовав, как она напряглась, он подумал, что стоило бы накостылять этому идиоту Марку по шее… Надо было очень постараться, чтобы выработать у женщины такое стойкое неприятие близости.
— Я боюсь причинить тебе боль, — хрипло проговорил он. А руки продолжали гладить ее тело. Казалось, он сойдет с ума, если не узнает, такая ли она нежная повсюду. Снаружи. Внутри. — Кэт? — Его ласки стали более настойчивыми. Он прижал ее к себе и почувствовал, как полотенце соскользнуло с бедер на пол. — Ответь же хоть что-нибудь!
— Таннер, я… — Она задрожала и выдохнула:
— Я ни разу не была ни с кем после…
— Молчи, — быстро сказал он и накрыл ее рот губами. — Важно только то, что происходит сейчас, между нами.
Он стиснул ее, и она почувствовала его возбуждение, когда он смело раздвинул ей ноги.
Кэтрин тоже осмелела и обхватила ладонями его ягодицы.
— Я хочу увидеть тебя без сорочки, Кэт. Я хочу спать с тобой.
— Спать?
— Мм… угу. После того, как основательно изучу твое тело и воздам ему должное.
Она снова задрожала в его объятиях, поражаясь тому, что он творит с ней. Тысячу сумасшедших вещей. Все ему нужно попробовать.
— Я забираю тебя в свою постель, Кэт, и постараюсь, чтобы ты чувствовала себя любимой.
— Я знаю только одно, Таннер… — прошептала она в ответ. — Не хочу сегодня оставаться одна. Не важно, как там у нас все сложится дальше, но сегодня я хочу быть с тобой.
Больше не было сказано ни слова. Он просто занялся ею: страстно, нежно и с фантазией. Она же встретила его жар и благодарно впитала его. Они объединили свои усилия и согрели свои души.
Для одной ночи, если сравнивать ее с Вечностью, вполне достаточно.
Они свернули на дорогу в их район, и Кэтрин, увидев знак «Стоп», улыбнулась. На этом самом месте она познакомилась с Таннером, чуть не наехав на нахально вынырнувшего сбоку мотоциклиста.
После первой бурной ночи время в Траверсе полетело незаметно. За исключением двух часов, проведенных Таннером с клиентом, они не расставались: вместе спали, пробуждались, завтракали, бродили по городу.
Даже сходили в кинотеатр — это был ее первый фильм за долгие годы. Правда, сеанс был дневным, потому что Таннер напомнил, что вечером у них есть более интересное занятие.
Во время прогулок по городу они рассматривали витрины магазинов, поражаясь совпадению вкусов. Обоим нравился традиционный интерьер, тяжелая солидная мебель. Оба предпочитали старинные портреты, написанные маслом, а не современную живопись.