Таннер подвел ее к витрине, где были выставлены образцы тончайшего шелкового белья.
— Вот, — заявил он, кивнув на персиковый пеньюар, — это просто создано для тебя.
— Вообще-то и ты выглядел бы солиднее в чем-либо ином, чем гостиничное полотенце.
Он расхохотался и прижал ее к себе.
— Что? Ты уже начала жаловаться?
— Нет-нет. Меня все вполне устраивает.
— Замечательно. Потому что у меня есть плавки, которые ты еще не видела. Последний писк моды. Все такое обтягивающее и едва прикрывающее…
Она ткнула его локтем в бок, показав на мамашу с дочкой, стоявших неподалеку.
Но все хорошее когда-либо кончается. Он возвращается к своей жизни, а она к своей. Кэтрин будет в промежутках между уходом за детьми печатать, а он заканчивать проект фабрики в Траверсе.
Когда Таннер затормозил возле их домов, она изумленно уставилась на свою покореженную «импалу» рядом с его гаражом. Бока машины были смяты, дверца водителя примотана проволокой. Три шины спустились, превратившись в жалкие тряпки…
— А что моя машина делает у твоего гаража?
— Я велел отбуксировать ее сюда. Собираюсь покопаться в ней.
— Я думала, что ее отволокут на свалку.
— Посмотрим. Если мне удастся найти подходящие запчасти… — Он пожал плечами.
— Глупости. Только время и силы зря потратишь. Сам же говорил, что она ни на что не годится.
— Возможно, и так. Но у меня на неделе будет немного свободного времени, вот и повожусь. Кроме того. Майку это тоже будет полезно. Пусть привыкает. Может быть, нам все же удастся отремонтировать мотор. Вот за корпус я не ручаюсь…
Кэтрин невольно улыбнулась, забыв про машину.
— Зато твой собственный корпус выше всяких похвал.
Он даже онемел от подобного комплимента и бросил на нее изумленный взгляд.
— О? Так тебе понравилось?
— Да.
Он просиял и звонко чмокнул ее, затем вышел из машины и вытащил из багажника их чемоданы.
«Импала» оказалась в гораздо худшем состоянии, чем Кэтрин представляла себе, но это уже не столь сильно занимало ее мысли. Она открыла, что существуют более важные дела, чем проблема новой машины.
И одним из таких важных дел были занятия любовью с Таннером.
Чувствовать, как твой мужчина обнимает тебя и, засыпая, прижимает к себе.
Наблюдать за ним по утрам, когда он снимает бритвой крем с лица, а его глаза весело подмигивают твоему отражению в зеркале.
«Забудь про машину, Кэтрин, — сказала она себе. — Перестань постоянно трястись из-за каждого цента. Как-нибудь выкрутишься».
Вот как обстояли дела у нее на сегодняшний день.
* * *
— Ну, мама, — жалобно ныл Майкл, сидя над тарелкой с овощным супом. — Дедушка ведь обещал, что купит мне спальник для похода.