Четверо проворовавшихся в прошлом интендантов – тут Крупенников угадал – систематизировали складское имущество всю ночь и начало утра. На совесть, надо сказать, систематизировали. Вот и пора провести инспекцию, хоть в руках подержать. Да и на полигоне, выделенном им в полукилометре от казармы, отстрелять. Честно говоря, хочется понять, на что вся эта «будущанская» высокотехнологичная машинерия способна.
И только Крупенников отодвинул кресло, в кабинет заглянул его новый ординарец, по неведомой прихоти судьбы тоже носящий фамилию Иванов:
– Товарищ майор, там это… Того…
– Чаво-таво? Говори нормально.
Иванов понизил голос и полушепотом сказал:
– Товарищ майор, там до вас поп пришел.
– Какой еще поп? – не понял Крупенников.
– Самый натуральный. Ряса, бородища и крест на пузе. И кудрявый.
– Кудрявый поп?
– Ага. Говорит, с начальством местным видеться желает. А зачем – не говорит.
– Гм… – кашлянул комбат и с тоской посмотрел в окно. Там, на залитом утренним одесским солнцем поле его офицеры обучали новобранцев футболу. Хорошая игра. Правильная. Приучает к индивидуальным действиям в составе отделения. Командир отделения – вратарь, боевое прикрытие – защитники, группа огневой поддержки – полузащитники, штурмовая группа – нападающие. Крупенников и сам соскучился по мячу. Доводилось до войны попинать, да…
– Товарищ комбат, что с попом-то?
– Давай своего кудрявого.
– Он не мой, – нагло буркнул ординарец и исчез, не услышав ответной фразы комбата. Совсем, понимаешь, распустились! Ну да ничего, гайки-то прикрутить никогда не поздно…
Ходил Иванов недолго. Крупенников едва успел пробежать глазами еще пару файлов. Вот ведь, компьютеризация эта натурально во все стороны жизни проникла! А ведь когда-то…
– Разрешите! – густой бас заставил Виталия поднять голову.
Комбат кивнул, с любопытством разглядывая вошедшего в небольшой кабинет (не все же в спальной каморке батальонные дела вершить! Вот и стребовал каждому по кабинету – себе, Харченко, начштаба и замполиту, разумеется) – священника. Действительно, обычный такой поп – борода, потрепанная ряса, за спиной – небольшой рюкзачок, долгогривые кудри. Ну и золотой крест на груди. Или позолоченный?
– Отец Евгений, – представился тот и без приглашения уселся в стоящее у стены кресло, перед тем сняв рюкзак.
– Майор Крупенников, – в тон ответил комбат, в голове которого вдруг завертелось старорежимное «чем могу служить?»
– А по имени-отчеству?
– Виталий Александрович. Но лучше – товарищ майор. Вы, простите, с какой целью меня отвлекаете?
Крупенников намеренно решил дистанцироваться от непрошеного посетителя званием и расстановкой соответствующих акцентов.