— Виктор, ты знаешь, который сейчас час? — возмутился медиатор, услышав мой голос.
Я оглянулся на часы и спокойно ответил:
— Полвторого ночи.
— Полагаю, у тебя есть веская причина для звонка в подобное время.
— Да мне тут просто визит вежливости нанесли, если тебе это интересно… — выразительно произнес я. — И да, у меня есть крайне серьезная причина звонить тебе в подобное время!
— Стоп! Нанесли визит — это как?
— Вломились двое парней с винтовками, вот как!
— Полагаешь, это связано…
— Полагаю, мне срочно требуется отмыть квартиру, зашпаклевать стены и поменять простреленный матрац! И все это до восьми утра!
— Я пришлю бригаду, — пообещал Алекс и спросил: — Кто это был?
— Опознаем тело, разберемся, — буркнул я и, заслышав вой сирены, поспешил распрощаться: — Все, ко мне приехали. Жду твоих людей…
Повесил трубку и отправился встречать прибывших на вызов полицейских.
Народу в ту ночь побывало на квартире столько, сколько не заглядывало в гости и за год. Поднятый из кровати инспектор Крамер притащил с собой пару детективов, помощника коронера, полицейского фотографа и целую толпу криминалистов. Те вдоль и поперек облазили спальню и прихожую, перевернули всю мебель и только после этого разрешили отвезти труп в морг.
Но и на этом ничего не закончилось. Прикатили высокие чины из управления, непонятно зачем заглянули на огонек шпики из дивизиона внутренних расследований. Пока вся эта орава угощалась моим кофе и заполняла бесчисленные формуляры, подтянулась присланная Алексом Бригом бригада строителей, и в квартире окончательно стало не протолкнуться.
Кто-то из детективов решил было сохранить место преступления в неприкосновенности, но искоса глянувший на меня инспектор Крамер только вздохнул и разрешил привести квартиру в порядок.
— Штуцер мы забираем, — заявил он.
— Да уж понятно.
— Из карабина стрелял?
— Нет.
— Марку машины разглядел?
— Нет. И сбежавшего тоже толком не видел.
Петр Крамер закрыл блокнот, спрятал его в карман и подтвердил:
— Тогда у нас все.
— Лео Марона уже задержали? — поинтересовался я.
— Пару часов назад.
— Когда опознают мертвеца, дай мне знать.
— Ты не ведешь это дело, — напомнил инспектор. — Не лезь в него, мы сами во всем разберемся.
Я только поморщился:
— Петр, ты ведь прекрасно знаешь, что тем или иным образом я заполучу материалы расследования. И какой тогда смысл усложнять жизнь и себе и мне?
— Посмотрим. — Крамер сунул в рот сигару и отправился к выходу. — Мы во всем разберемся, — уже на пороге повторил он. — Не суетись.
— И в мыслях не было.
Я запер дверь и остался наедине с деловито отмывавшими пол и стены рабочими. В прихожей нестерпимо воняло растворителем; пришлось уйти на кухню и настежь распахнуть окно, из которого тянуло прохладой осенней ночи.