Варя представила влюбленного военнопленного немца почему-то с лицом веснушчатого Марка, а вот вообразить пятнадцатилетнюю девочку вместо Бабы-яги не смогла. Напомнила:
– А икона-то?
– Ну да, – спохватилась Дарья Васильевна, – а икона-то так и осталась в родительском доме. И все-таки, Варенька, она чудотворная, никак тут иначе не скажешь – продолжает охранять мужиков Веретенниковых. Нюрин племянник, у него еще сын Игорек, из Афганистана вернулся – здоровый, нормальный, безо всяких синдромов. Это ведь только кажется, что все чудеса в старину высыпались, как горох из мешка… А убили ее точно из-за иконы – те самые, которые за границу наши древности продают. Им же чудотворная или нет – наплевать, а вот старая да темная – это как раз то, что нужно. А она небось вцепилась. Уж лучше бы отдала, да сама жива осталась! Я бы – так всё отдала!
Варя в это время подумала, что не спросила у Дарьи Васильевны, откуда та узнала о поимке бандитов, и что Игорек, выходит, Нюре не племянник, а скорее внучатый племянник, и что иконы, возможно, в тот день в веретенниковском доме и не было, потому она и не защитила владелицу – может, она все-таки у Игорька завалилась куда-нибудь. Но Дарья Васильевна уже поднималась из-за столика – пора к Медведевым.
– А вот, возьмите для Павлика! – Варя протянула игрушечную собаку. – Я уже наигралась.
– Ну что вы! – засмущалась Дарья Васильевна, как будто это ей дарили.
– Берите-берите. Он на вашего Рольда похож – такой же пятнистый.
– И точно, похож! Вот наши обрадуются! Спасибо!
Варе стало совсем хорошо – правильно пристроенный приз добавил еще один, незаметный, но необходимый кусочек гармонии в картину мира.
А к ее столику уже шагал ослепительный красавец, небрежно встряхивая черными кудрями, и даже ресницы у него были кудрявые.
– Привет, Гошка! – запросто поздоровалась с ним Варя, потягивая холодную минералку под легкие джазовые мелодии. – Решил передохнуть? А музыка там без тебя не умолкнет?
Но Гошка даже не оглянулся на своих музыкантов и так же небрежно махнул рукой:
– Нас сейчас затейники сменят. А вечером опять играем – ретро, на танцевальном пятачке. Приходи.
– Так это ж для пенсионеров! – засмеялась Варя. – Пригласил! А ты правда теперь министр культуры?
Гошка важно кивнул.
– Так в Белогорске вся культура – в одном Дворце культуры! Не тесновато?
– Нет, – отозвался он с достоинством. – Поселок Сосновый Бор присоединили к городу, а там свой ДК, так что культуры теперь – завались. Капремонт только нужен.
Варя вспомнила развалюху напротив пельменной – они бегали туда в кино после или вместо уроков. Но, наверное, когда это твое собственное хозяйство, то воспринимаешь его иначе. И спросила о другом: