– Маску снимай! Теперь можно.
– Почему? – Я решил включить дурака. Пусть мне, неумному, на пальцах объяснят. Я тут человек посторонний.
– Мы – «хранители». У нас высший допуск. Нам все можно.
– А Катарина об этом знает? – Я нагло усмехнулся. – Или Мишель?
Я вспомнил Норму, что-то говорившую им перед выходом. Получается, она специально подстроила их появление? И потому вышла – не мешать. Видимо, так.
– Естественно, – фыркнула черненькая. – Иначе бы нас сюда не пустили.
Я не поверил, но проверить ее слова не мог. Как и противопоставить что-либо. Ну, не прятаться же мне за юбку начальства, в самом деле? Нападут, чтобы сорвать маску? Они могут!
– Да он это! – воскликнула та, которая указывала мне дорогу к Восточным воротам, тогда, у фонтана, еще в прошлой жизни, когда я случайно встретился с ее высочеством. – Его голос!
Я мило-премило ей улыбнулся:
– Спасибо за помощь, сеньорита! Вы тогда несказанно мне помогли.
Та никак не отреагировала. Зато черненькая рассмеялась:
– Ладно, герой, снимай маску, надоел уже.
Я почувствовал, как атмосфера разряжается. Настроение девочек с показно боевого перемещалось к веселому, они узнали, что хотели. Стоять дальше в маске бессмысленно, и я снял ее.
– И что теперь? Бить будете?
– За что ж тебя бить? – Черненькая пожала плечами. – Ты ж вроде нам ничего не сделал?
– Тогда к чему цирк? – Я обвел их всех рукой.
– Уточнить хотели. Что это ты. А то сразу, как услышали, – не поверили. Заодно проверим, чего ты стоишь…
Ой, не понравились мне ее слова. Да и выражение лиц остальной четверки – тоже.
– А Норма знает? Насчет «проверим»?
Черненькая наигранно вздохнула:
– Малыш, это тренировка. Развлечение. Мы не спрашивали у Нормы, тренироваться нам или нет!
Тут я все понял. Да, они пришли сюда не просто так. И они знали, кто я такой. Ну, что я есть в наличии и меня тестируют. Откуда? Хороший вопрос. Но, учитывая, что они – личная охрана ее высочества инфанты, да еще увиденную только что неуставщину, можно смело сказать, эти девочки имеют высокий статус. И высокий уровень доступа к информации. А еще им многое, очень многое позволено. Например, оприходовать кандидата в новички, каким-то хреном не понравившегося ранее. Использовал я их, когда искал вход во дворец? Или полная солидарность с ее высочеством, на дух не переносящей республиканцев? Фиг знает!
Они надели перчатки, в изобилии лежащие возле каждого татами, покрутили суставами, взяли меня в полное кольцо.
– Как там тебя, Хуанито? – презрительно усмехнулась черненькая, чем еще больше напомнила мне Толстого. – Нападай!