Не желая мириться с тем, что «служащие СС порочили свой мундир необдуманным долгами», Гиммлер стал проводить целую программу по выявлению должников в составе охранных отрядов. При этом немало низших чинов было уволено из СС. Когда число таких «нарушителей» стало очень большим, Гиммлер решил изменить тактику. Он создал специальный фонд, который поначалу состоял из миллиона рейхсмарок, а затем увеличился в два с половиной раза. Эти средства шли на погашение долгов эсэсовцев, которые не имели возможности платить по своим кредитам. После этого они должны были дать клятвенное обещание, что больше никогда не будут брать в долг. Это требование превратилось в своего рода лозунг: «Эсэсовец не может покупать ни одной вещи, которую не в состоянии оплатить». Во время своего выступления, когда была произнесена эта фраза, Гиммлер высказал еще несколько идей: «Служащие СС не имеют права покупать вещи в рассрочку. Эсэсовец должен быть самым честным человеком, который только может существовать в Германии».
Пьянство и финансовая нечистоплотность были отнюдь не единственными «прегрешениями», с которыми пытался решительно бороться Генрих Гиммлер. Он неоднократно критиковал своих офицеров за «непомерное честолюбие и гипертрофированное тщеславие». Не раз Гиммлер ставил в укор руководителю штаба «Ведомства посредничества фольксдойче» Герману Берендсу его «нездоровое честолюбие», которое мешало работе «этого способного и смелого человека». Аналогичные упреки были адресованы бригадефюреру СС Вальтеру Шрёдеру, руководившему СС и полицией в оккупированной Риге. Гиммлер был очень недоволен тем, что Шрёдер откровенно любил покрасоваться на страницах местных газет. Подобная «работа на публику» всегда раздражала рейхсфюрера СС.
Не меньшую въедливость Гиммлер проявлял в вопросах, которые касались здоровья офицеров СС и полиции. Он постоянно предписывал своим подчиненным проходить медицинские осмотры, знакомился с медицинскими диагнозами, давал указания относительно распорядка дня и питания. Иногда он насильственно отправлял своих офицеров в отпуск, запрещая им во время отдыха даже читать газеты. Впрочем, постоянное «использование» эсэсовских офицеров в годы войны привело к тому, что многие из них были не просто физически истощены, но и страдали нарушениями психики. В медицинских картах после соответствующих обследований можно было встретить однотипные диагнозы: «утомление», «нервное истощение», «проблемы с нервами», «пребывание в состоянии депрессии».
Так, например, Гиммлер приказал провести «всеобщее медицинское обследование» группенфюрера СС Карла Гутенбергера. Поводом для этого стало то, что имперский врач СС Эрнст Роберт Гравиц обнаружил у 38-летнего эсэсовца, который пренебрегал медицинскими осмотрами, «легкое безразличие, эйфорию и предрасположенность к безучастности». Речь шла о посттравматическом синдроме. После этого Гутенбергера направили на несколько недель в эсэсовский санаторий «Гёгенвилла», который располагался в Карлсбаде. Там уже проходили лечение эсэсовцы, в чьем поведении проявлялись схожие симптомы.