— Ты был здесь один?
— Нет. Всегда с Орсоном.
— Я думал, хоть у него есть голова на плечах.
Я вел Бобби к пустой шахте лифта и широкой лестнице в юго-западном углу ангара.
Как и на складе, где я столкнулся с крысами «веве» и парнем, вооруженным дубиной, вход на нижние этажи был тщательно замаскирован. Подавляющее большинство персонала, работавшего в ангаре — порядочных людей, честно служивших своей стране, — и не подозревало о том, что творилось у них под ногами.
Фальшивые стены или приспособления, скрывавшие вход на нижние этажи, были содраны во время демонтажа. Хотя дверь на лестницу отсутствовала, стальной косяк на верхней площадке оставался нетронутым.
Когда мы перешагнули порог, лучи фонарей осветили кучи мертвых насекомых на бетонных ступеньках. Некоторые были раздавлены, но большинство оставалось целехонькими и крупными, как дробинки.
Кроме того, в пыли красовались отпечатки лап и подошв. Они вели как вниз, так и вверх.
— Мы с Орсоном, — сказал я, узнав следы. — Осталось от предыдущих визитов.
— Что внизу?
— Три подземных этажа, каждый больше этого ангара.
— Изрядно.
— Mucho[16].
— Что они там делали?
— Гадости.
— Это-то ясно.
Лабиринт коридоров и комнат под ангаром был ободран до голого бетона. Из стен были вырваны даже воздушные фильтры и розетки: тут не было ни проводка, ни выключателя. Многие помещения Уиверна остались нетронутыми. Обычно эвакуаторы определяли на глаз самое ценное оборудование, которое можно было демонтировать с наименьшими усилиями. Однако проходы и комнаты под ангаром были обчищены так тщательно, словно виновные предприняли геркулесовы усилия, чтобы не оставить на месте преступления никаких улик.
Когда мы бок о бок спускались по лестнице, металлическое эхо моего голоса возвращалось ко мне сразу из нескольких точек, в то время как другие части стен поглощали слова так же, как звукоизоляция радиобудки, из которой Саша вела ночные музыкальные передачи радиостанции «Кей-Бей».
Я сказал:
— Они вывезли отсюда все дающее представление о том, чем тут занимались. Все, кроме одного. Но не думаю, что это было сделано из соображений государственной безопасности. Это всего лишь догадка, однако, судя по тому, как вывернуты наизнанку эти три этажа, они боялись того, что здесь случилось… но не просто боялись. Стыдились.
— Это те самые генетические лаборатории?
— Нет. Таким лабораториям требуется абсолютная биологическая изоляция.
— То есть?
— Тогда тут повсюду были бы камеры очистки. Между лабораториями, у каждой двери лифта, у каждого выхода на лестницу. По виду камер можно понять, для чего они предназначены. Даже после того, как их демонтировали.