— Да, — сказала, — это девка. Вот вы, мальчики, смόтрите на ноги, как вам и следует… А рыжее чудище вышивку изучает. Кстати, ручную.
Нашла чем удивить средневековую сиду… Немайн чихнула.
— Затхло тут, — сказала, — пыль облаками висит… Как у вас всех дела?
— Хорошо, — первым откликнулось одно из облачков голосом громким, разборчивым, но слишком уж ровным. Можно сказать, механическим. — Окаменелости в культурные и геологические слои внесены — не только под твой вид. Например, в горных районах Поднебесной найдут некоторое количество клыкастых скелетов значительного роста… Мы даже терракотовую армию немного пополнили. Две сотни гвардейцев с алебардами–гэ, лица выкрашены толченым жадеитом на яичном белке. До археологов точно продержится. Так что Воин, а что важней, его потомство, смогут гордиться своими предками. Это важно: он ведь основал династию. Кстати, у Воина сорок шесть процентов свершений для возвращения. Ровно!
Второе облачко отчетливо хихикнуло.
— Потомства у него уже довольно много, так что мы сочли геологическое обоснование совсем нелишним. Что до Вора, — коротышка насторожился, — то он так старательно бреет ноги, что его все считают попросту недоростком. Кстати, у него шестнадцать и три десятых процента. Большую часть заработал за последний час…
— Это как? — спросил Воин.
Облака молчали. Вор погладил мефистофельскую бородку:
— Ну, над нами очередные тучки сгустились: императору стало неудобно дальше поддерживать притязания моего приятеля Балтасара Коссы на папский престол. Его святейшество по старой пиратской привычке потащил меня в кабак, я прихватил с собой Яна Гуса — помните, я этого чеха неуемного от костра отмазал? Застрял доктор Гус в Констанце, психоанализ у меня изучает. Ну, мы даже не набрались как следует, а разговоры пошли… Я говорю: друзья, люди за вас не держатся потому, что вы не умеете стать нужными. И стали мы думать: как сделать так, чтобы никакой другой Папа кроме моего протеже императора уже не устраивал — и чтобы из учения Гуса следовало не «бей немцев», а — profit! Доход для всех, немцев и чехов. А обидеть можно, скажем, двух антипап. Ну и придумали… Такое, что кайзер Зиги сам прибежал к нам в кабак и мы с ним дальше песни орали! Похабные.
Воин кивнул. Ему такая картина казалась совершенно нормальной. Папа, кайзер, доктор теологии и авантюрист–попаданец… Считай, те же клирик, паладин, монах и вор. Нормальная ролевая партия, только очень прокачанная!
Немайн сощурилась.
— Кажется, догадываюсь. Лютеранство?