— Постой! — крикнула Мисси, приняв сидячее положение.
Томас помедлил на пороге, но не обернулся.
— Что еще?
— Это не Кроули, — еле слышно произнесла она.
Виконтесса вздохнула. Томас замер в молчании. Наконец, после пугающе долгой паузы, его плечи приподнялись и опустились, словно он заставил себя сделать вздох.
— Ты хочешь сказать, что человек, который был мне другом в течение десяти лет, который был мне как брат, предал не только мою дружбу и доверие нашей матери, но и лишил тебя невинности? — Он говорил со спокойствием, не соответствовавшим напряженной позе, продолжая стоять в дверях, спиной к ней, разведя руки и упираясь в дверную раму.
— Если тебе нужно кого-то обвинить, обвиняй меня. Все это дело моих рук. — Мисси опустила взгляд. — Он всего лишь взял то, что было предложено. — Ей потребовалась вся ее храбрость, чтобы признаться в этом не только им, но и себе. Весь этот кошмар был ее творением.
Краем глаза она видела, как брат медленно повернулся к ней, и еще глубже вжалась в подушки.
— Послушай, Томас, — проговорила виконтесса своим самым успокаивающим тоном, встав с постели и поспешив к нему. — Тебе не следует встречаться с ним в нынешнем состоянии.
— Один из моих ближайших друзей погубил мою сестру, мама. Когда, по-твоему, я буду в подходящем состоянии, чтобы встретиться с ним? — осведомился он. После этих слов он бросил холодный взгляд на Мисси и вышел из комнаты.
— Я велю Стивенсу разыскать Алекса и передать ему, чтобы он немедленно ехал домой к Джеймсу, — сказала виконтесса.
— Все это моя вина, — уныло произнесла Мисси.
Мать не стала спорить, печально улыбнувшись.
— Я не забыла, каково это быть молодой и влюбленной. Просто я предпочла бы… чтобы ты подождала. Не ради меня, а ради твоего собственного блага. А так, насколько мне известно, Джеймс практически помолвлен с леди Викторией.
При упоминании об их предстоящей свадьбе Мисси ощутила привычную боль, но что толку думать об этом? Вряд ли Джеймс сможет помочь ей, учитывая обстоятельства.
— Если я в положении, то останусь в Америке и рожу там. Обещаю тебе, мама, что не допущу, чтобы мой проступок помешал Эмили и Саре сделать удачные партии.
— Сейчас моя главная забота о тебе. У меня нет ни малейшего желания отправлять тебя в Америку, чтобы ребенок родился вдали от семьи, вдали от меня, — возразила виконтесса. Боль углубила морщины вокруг ее глаз и рта.
— Давай пока не будем думать об этом. В конце концов, мы еще не знаем, жду я ребенка или нет.
Подойдя к постели, виконтесса притянула ее в объятия и прошептала:
— Мы справимся со всем этим, как бы ни было трудно. Я никогда не брошу тебя.