Я поняла, что это намек. На что? Я никогда в жизни не варила холодцы. Зачем маме приспичило врать? Но мамин холодец из куриных крылышек я люблю, действительно получается очень вкусно.
– Еще Наташа печет удивительно вкусный сметанный пирог, – продолжала мама.
И тут я заподозрила неладное. Все обо мне да обо мне. К чему?!
– Он печется за полчаса, – мама посмотрела на меня многозначительно. – Сметана, сахар, яйца, мука… мука лучше всего – самоподнимающаяся… все перемешивается и в духовку!
Интерес со стороны гостя к моей персоне после слов о пироге явно усилился. К моей персоне! Вот в чем разгадка. Я решила ее проверить.
– Вы что, Сергей Дмитриевич, голодный? Мама, так накорми его, а не занимай выдумками про мой кулинарный талант. Я все равно за такой короткий срок не смогу пройти ускоренный курс обучения. И про крестик неправда!
– Она шутит, – пихнула меня под столом мама. – В пятом классе ты вышивала!
– А шарф я пробовала вязать в шестом. На этом мои эксперименты с рукоделием закончились, – хмыкнула я.
– А холодец? – с надеждой посмотрел на меня гость.
– Никогда не варила.
– Не верьте ей, Сергей! Мы варили его вместе!
Я принялась пить чай и думать, как мне выкрутиться из этого импровизированного сватовства без особых проблем. То есть без ссоры с мамой. Наверняка гость – ее дачный друг, или друг подруги, или чей-то родственник, и мое хамское поведение будет расценено как неуважение ко всему дачному поселку в целом. А у меня здесь живут и мама, и Светлана, мало ли что. В принципе, я человек не конфликтный.
– Мы варили его вместе, – кивнула я. – Этот холодец.
– Вот видите, – обрадовалась мама, – она все умеет!
Конечно, загнула. Но неужели я для нее не хороша такая, какая есть? Неумеха, растеряха, неудачница. Я вздохнула и посмотрела на маму. Нет, она меня любит, переживает. Таким глупым образом повышает мою самооценку в глазах этого чужого мужика.
– Зря ты не обратила на него внимания, – укорила она меня. – Он директор солидного предприятия и вдовец.
Мы стояли на крыльце, прислонившись к балясинам, и смотрели, как за углом исчезает разочарованный визитом Сергей Дмитриевич.
– Неужели ты считаешь, что все так плохо?
– Двадцать восемь лет – это не шутка, Наталья! В твоем возрасте уже хороши любые вдовцы. А этому нет и шестидесяти. Крепыш и добряк, у него пятнадцать соток земли. Все обрабатывает сам. Все у него свое, каталась бы как сыр в масле.
– А я по любви, по любви хочу! – напела я и чмокнула ее в щеку. – Мамуль, судя по всему, он пожрать любит. А кто у нас лучший в мире повар? А-а-а! Ты. Ищи свой путь через его желудок. Слушай, ма, а правда, что холодец из куриных крылышек так элементарно готовить?