Это была какая-то фантасмагория. Можно даже расценить всю описываемую мною историю как явно клиническую.
Все в этой истории с самого начала пошло как-то не так и наперекосяк, а тут еще и взрывы.
Взрывов было два. Сперва произошел один небольшой, справа от Федора Аполлинарьевича и совсем рядом со мною, так уж получилось: под яблоней что-то свистнуло, потом что-то щелкнуло, и горсть земли всплеснула вверх, вынося клубы черного дыма. Бумага и картон, лежащие здесь же, разлетелись в разные стороны.
— Это еще что за бомбежка! — вскричал Федор Аполлинарьевич. — Это Аркадий-кретин разложил здесь свои пиропатроны, чтоб ему ни дна ни покрышки! Там же у меня эскизы!
Он подбежал к яблоне, я тоже шагнула туда же.
Страшно мне не было, скорее всего было любопытно. Может быть, я и погорячилась, назвав то, что произошло, «взрывом», это был скорее как бы хлопок. Однако прозвучал он резко, неожиданно, и я, например, даже вздрогнула.
Маринка, как я слышала, взвизгнула у меня за спиной. Мужчины что-то забормотали.
Федор Аполлинарьевич наклонился к разбросанным эскизам, и я, оказавшаяся рядом, тоже нагнулась.
Протянув руку к первому картону, я заметила, что из-под разрытой взрывом земли выглядывают еще какие-то пакеты и от них отходит шнур куда-то к дому.
Есть на свете предвидение. Есть.
Заметив шнур, я больше не размышляла. Резко разогнувшись, я оттолкнула Федора Аполлинарьевича сильным ударом обеих рук.
Он, что-то крикнув, упал на землю, раскинув руки в стороны. Я отпрыгнула в сторону.
И вот сейчас-то прозвучал еще взрыв, причем на этот раз самый настоящий. Сразу же меня оглушило и заложило уши. Я изо всех сил зажмурилась, ожидая, что сейчас случится что-то еще более страшное.
Меня что-то ударило в спину, я упала, причем даже моя прошлая спортивная — чуть было не сказала «юность» — опытность не помогла.
Упала я неудачно. Рука, все еще болевшая после вчерашнего удара о стену, куда меня толкнул дурак-маньяк в кепке, снова заныла.
На меня посыпалась земля, может быть, и куски эскизов, не знаю, не рассматривала.
Время, кажется, остановилось. Последовательность событий я припоминаю плохо.
Я почувствовала, что меня поднимают с земли, а глаза открыть боялась.
Неожиданно я услыхала громкий визг на фоне возбужденных голосов. Звуки как бы разом прорвались и хлынули на меня.
Я открыла глаза. От яблони, под которой было заложено взрывное устройство, осталась только половина. Понятно, что нижняя. Верхняя валялась метрах в пяти от нас.