- Гарри, я поеду вместе с ними, надеюсь, ты меня поймешь и не будешь обижаться, - вполголоса говорит мне Гермиона, когда мы оказываемся на улице. Она берёт меня под руку и немного отстаёт от всех.
- Конечно, не буду, о чём ты говоришь, - отвечаю я бесцветным тоном.
Подруга замечает это и уже собирается броситься в извинения, но я опережаю её:
- Нет, ничего не говори, - я качаю головой и ускоряю шаг.
Поговорить, что ли, с Роном? А то вон как идёт с поникшими плечами впереди всех.
- Кстати, а почему вы не можете просто аппарировать? - тихо говорю я, поравнявшись с ним. Он озирается на родителей, идущих сзади, и так же тихо отвечает:
- Потому что вокруг вашего дома профессор Дамблдор возвёл антиаппарационный щит, то же самое в целях безопасности сделали и мы со своим домом. Поэтому возле вокзала стоит наша машина, на которой мы и отправимся домой.
Я сухо киваю в ответ.
Всю дорогу меня не оставляет чувство неправильности того, что я сейчас делаю, и чем дальше я отхожу от дома, тем сильней оно одолевает. Я пытаюсь разобраться, в чём дело, но не нахожу ни единого объяснения своему всё возрастающему волнению.
- Гарри, всё в порядке? - с другой стороны появляется Джинни и так же, как и Гермиона, берёт меня под руку.
Я вымученно вздыхаю и вежливо снимаю руки девочек, прячу сжатые кулаки в карманах куртки. Они переглядываются и немного отстают. Только Рон, идущий в ногу со мной, не тревожит расспросами, в чём я ему непомерно благодарен. Шумящие где-то далеко позади близнецы нарушают общую серую картину, но мне почему-то не до смеха.
Вернуться… а смысл? Мама же попросила меня… Может, там мне будет спокойней? Не знаю. Я совсем запутался.
К тому моменту, как мы вышли из дома, гроза внезапно прекращается, но тучи так и продолжают нависать над городом, клубясь и вздуваясь, словно желая вот-вот прорваться и вновь оросить дождём серый город.
- Гарри, милый, как только всё уляжется, мы приедем вас навестить, - жизнерадостно произносит Молли, одной рукой обнимая меня за плечи.
У меня язык словно прилип к нёбу. Натянуто улыбаюсь в ответ.
Наконец, сразу за очередным изгибом улицы появляется мерцающая вывеска спуска в метро.
Распрощавшись с друзьями, я устремляюсь в обратный путь.
И как назло, очередная порция сильного дождя опускается на спящий город. Такое чувство, что кто-то управляет грозой, вызывая её в самый неподходящий момент. Втянув голову в плечи и проклиная всех богов, я перепрыгиваю через лужи, подгоняемый ветром.
Решив срезать, я ныряю в узкий длинный переулок. Здесь оказывается темновато, но я не решаюсь зажечь