Монах продолжал витийствовать. Он заявил, что граф изготовил при нем слиток золота в два с лишним фунта весом, которое позже было апробировано специалистами и признано настоящим.
— Вы забыли упомянуть о том, что это золото я подарил его преосвященству архиепископу Тулузскому для благотворительных целей, — снова подал реплику подсудимый.
— Да, — подтвердил зловещим голосом монах. — Это золото выдержало тридцать три попытки изгнать из него нечистую силу, но, тем не менее, маг сохранил над ним власть и, когда захочет, сможет вызвать гром и молнию и заставить золото исчезнуть. Его преосвященство архиепископ Тулузский сам был свидетелем подобного ужасающего события, и оно его потрясло. Маг хвастался и рассказывал о «гремучем золоте». А еще он утверждает, что способен таким же образом превратить в золото и ртуть. Впрочем, все эти факты изложены в докладной записке, которая находится у вас.
Массно попытался разрядить атмосферу.
— Слушая вас, отец мой, можно подумать, что подсудимый настолько могуществен, что может обрушить этот огромный Дворец правосудия, подобно тому, как некогда поступил Самсон, разрушив колонну, опору языческого храма, где его держали в плену.
Анжелика почувствовала некоторую симпатию к этому члену тулузского парламента.
Беше, вытаращив глаза, торопливо перекрестился.
— О, не искушайте мага! Он наверняка столь же силен, как Самсон.
Снова послышался насмешливый голос графа:
— Обладай я и впрямь таким могуществом, какое приписывает мне этот монах-палач, я употребил бы его не на то, чтобы посредством колдовства стереть с лица земли Беше и ему подобных, а прежде всего постарался бы сокрушить волшебными заклинаниями величайшую из твердынь мира — человеческую глупость и легковерие. Декарт был не прав, когда говорил, что ум человека не может постичь бесконечности — ведь людская глупость воистину безгранична.
— Подсудимый, не забывайте, что мы собрались здесь не для того, чтобы рассуждать на философские темы, и ваши увертки не помогут.
— Ну что же, продолжим слушать этого достойного представителя средневековой науки, — насмешливо бросил де Пейрак.
Судья Бурье задал вопрос:
— Отец Беше, вы присутствовали при изготовлении золота с помощью алхимии, и вы известный ученый, так вот, какую, по-вашему, цель преследовал подсудимый, продавая свою душу Сатане? Богатство? Женщины? Что еще?
Тщедушный Беше выпрямился во весь свой рост, и Анжелике почудилось, что это ангел ада взмахнул крыльями. Она быстро осенила себя крестным знамением, и этот жест повторили все монахини в ряду, буквально завороженные происходящим.