Сергей утвердительно кивнул.
– …значит, взяты с таких же шевронов, что и мы.
– Выходит, что совсем скоро могут и ударить? Причем с хорошим вооружением.
– Могут, – согласился Грибски.
– А чего тогда тянули? – недоумевал капитан.
Сергей было удивился подобной неосведомленности, но потом сообразил, что коменданта прислали с востока. Ему простительно незнание местных реалий. Конечно, мог бы и поинтересоваться особенностями. Даже для Сергея, проведшего на границе только год, это не новость. Ну да, нельзя же быть семи пядей во лбу.
– Сейчас у пинков время большой охоты, – начал объяснять Грибски. – Если бросят все и сосредоточатся на войне, зимой будут голодать. Так что сначала заготовка припасов, а потом уж война. Но сдается мне, ждать недолго осталось.
– А как же нападения на другие заставы?
– Так ведь это когда было. К нам тоже совались. А после, когда мы все же сумели закрепиться, на нас время терять не стали, оставили на потом. Им сейчас главное – не дать закрепиться другим, а нами можно заняться и чуть погодя.
– Хорошая перспектива.
– Нормально, господин капитан. Тут ведь какое дело, закрепиться смогли лишь первая и четвертая заставы, а две по центру только обустраиваются благодаря большой охоте. Так что, скорее всего, попытаются сначала их опять сковырнуть, а уж потом за нас возьмутся. Все же Тикла, она поближе к границе.
– Разрешите, господин капитан?
– Что там, Крайчек? – видя озабоченный вид десятника Сергея, поинтересовался комендант.
– Пароход вверх по течению шел да пристал у нашего берега. Раны зализывают. Досталось им крепко. Говорят, валийский форт, что по соседству, арачи пожгли.
– Кажется, началось. Как считаешь, Грибски?
– Началось. Чтоб им пусто было.
– Что же, мы и без того в постоянной готовности. Но, похоже, нужно еще поднапрячься.
– Да уж придется, господин капитан. Если, конечно, хотим свои задницы вытащить из этого дерьма.
Глава 4
Конец затворничеству
– Это по меньшей мере неприлично.
Девичий голос, да еще и явно обращенный к нему, прозвучал настолько неожиданно, что Алексей невольно вздрогнул, едва не смяв газету. Хорошо хоть не опрокинул на себя чашку сивона – напитка, сильно напоминающего кофе. Хм… Вообще-то это и был кофе.
Собственно говоря, в его реакции не было ничего необычного. В здешнем обществе не принято, чтобы женщины первыми обращались к мужчинам. Даже если они хорошо знакомы. И дело даже не в том, что это могло ударить по репутации женщин и уж тем более девиц, это было неприемлемо в первую очередь для мужчин. Если они имели честь быть хорошо знакомыми, тот был просто обязан подойти и засвидетельствовать свое почтение.